Мистеръ Грэторексъ безъ свѣтскаго лоску.
-- Мистеръ Грэторексъ желаетъ васъ видѣть, сэръ, на пять минутъ! сказалъ Джилингвотеръ, входя въ комнату.
Было около десяти часовъ утра, и Саксенъ, только что возвратившійся изъ манежа, сидѣлъ за чаемъ съ книжкой въ рукахъ. Услыхавъ о пріѣздѣ Грэторекса, онъ велѣлъ его просить, и поспѣшно отложилъ книгу. Мы знаемъ, что онъ не былъ трусъ, но ему положительно было неловко, когда онъ услыхалъ тяжелые шаги банкира въ передней.
Мистеръ Грэторексъ вошелъ, хлопнулъ дверью на носъ Джилингвотеру и бросилъ на столъ скомканную бумажку.
-- Вы сочли нужнымъ, мистеръ Трефольденъ, пріостановить уплату по этой чекѣ? сказалъ онъ гнѣвнымъ голосомъ, не снимая шляпы и блѣдный, какъ полотно: -- смѣю спросить, почему?
-- Мнѣ очень жаль, Грэторексъ, но, право, мнѣ не слѣдовало этого дѣлать, отвѣчалъ Саксенъ въ сильномъ смущеніи: -- заправляетъ моими дѣлами мой родственникъ, и я не имѣлъ никакого права вступаться въ нихъ. Онъ несогласенъ на ваше предложеніе, и потому я нахожу себя вынужденнымъ отказать вамъ. Но отчего вы не даете мнѣ руки?
Мистеръ Грэторексъ поспѣшно заложилъ руки за спину.
-- Вы меня оскорбили, воскликнулъ онъ, задыхаясь отъ злобы и отчаянья: -- но...
-- Но неумышленно, перебилъ его Саксенъ: -- клянусь вамъ, неумышленно!
-- Пустяки, съ презрительной улыбкой отвѣчалъ банкиръ:-- вы не могли имѣть дружескихъ намѣреній, когда подвергали меня шуткамъ и насмѣшкамъ всѣхъ прикащиковъ въ конторѣ Друмонда. Неужели вамъ не пришло въ голову, что это могло быть мнѣ непріятно и даже вредно подѣйствовать на мой кредитъ?
-- Я дѣйствительно боялся, что моя глупость вамъ будетъ очень непріятна, отвѣчалъ Саксенъ съ достоинствомъ: -- повторяю, мнѣ очень жаль, но я не думалъ васъ оскорблять.
-- Непріятна! злобно произнесъ Грэторексъ: -- вы меня разорили, вотъ что!
-- Разорилъ?
-- Да, разорили меня и всѣхъ моихъ, старика отца, двухъ незамужнихъ сестеръ. Будьте вы прокляты!
Сказанъ это, онъ бросился въ кресла и забарабанилъ по столу сжатыми кулаками.
Саксенъ былъ ужасно пораженъ.
-- Вы должны мнѣ все это объяснить, промолвилъ онъ едва внятно: -- я ничего не понимаю!
Грэторексъ бросилъ на него грозный взглядъ, но ничего не отвѣчалъ.
-- Я не нанесъ бы умышленно вреда своему злѣйшему врагу, продолжалъ молодой человѣкъ взволнованнымъ голосомъ, въ которомъ слышались слезы:-- тѣмъ менѣе человѣку, съ которымъ я ѣлъ и пилъ и считалъ своимъ другомъ. Что вы хотите сказать, говоря, что я васъ разорилъ?
-- Просто то, что мы будемъ завтра -- банкротами. Вы это понимаете?
Грубая натура этого человѣка теперь обнаружилась во всемъ своемъ безобразіи, и онъ даже не старался скрыть этого. Онъ совершенно опъянѣлъ отъ злобы и отчаянія. Саксенъ хотя и мало зналъ человѣческую натуру, но по какому-то инстинкту понялъ, въ какомъ положеніи былъ несчастный и отъ души пожалѣлъ его.
-- Но отчего же неуплата этой суммы принесетъ вамъ столько вреда? спросилъ онъ нѣжно:-- вѣдь ваше положеніе вчера, безъ этихъ денегъ, было не лучше сегодняшняго?
-- Отчего? Такъ слушайте: намъ были нужны деньги и время, потому что мы потерпѣли большіе убытки, которыхъ не хотѣли обнаружить. Мы знали, что мы выйдемъ невредимыми изъ бѣды, какъ только у насъ будутъ деньги и время.
-- Ну?
-- Три или четыре конторы очень настойчиво требуютъ возврата своихъ капиталовъ, хранящихся у насъ, а я, надѣясь на вашу чеку, написалъ имъ вчера вечеромъ, что сегодня послѣ часа, ихъ деньги будутъ готовы. Они придутъ, у насъ денегъ нѣтъ -- и мы банкроты!
Саксенъ вскочилъ съ мѣста и быстро схватилъ чеку, которая валялась на столѣ, куда ее бросилъ банкиръ.
-- Нѣтъ, нѣтъ, воскликнулъ онъ: -- вы не погибнете, Грэторексъ, по моей милости. Избави богъ! Сколько вамъ нужно денегъ для уплаты по, сегодняшнимъ требованіямъ?
-- Одно требованіе въ двадцать-двѣ тысячи шестьсотъ сорокъ-пять фунтовъ, сказалъ Грэторексъ, все еще мрачнымъ, но сильно измѣнившимся тономъ: -- это самое тяжелое. Другое требованіе -- въ восемьнадцать тысячъ двѣсти тридцать; третье -- въ десять тысячъ и четвертое -- въ семь тысячъ девятьсотъ одинадцать. Всего пятьдесятъ восемь тысячъ семьсотъ пятьдесятъ фунтовъ.
Саксенъ бросился къ колокольчику и позвонилъ изо всей силы.
-- Извощичью карету! да посмотрите, чтобъ лошади были хорошія, приказалъ онъ вошедшему Джилингвотеру. Потомъ схвативъ шляпу, онъ прибавилъ: -- я поѣхалъ бы съ вами тотчасъ, Грэторексъ, къ Друмонду, но, право, не могу. Я далъ слово Вильяму вчера, что ничего не буду дѣлать не посовѣтовавшись съ нимъ. Но не безпокойтесь, я прямо поѣду къ нему, и вы получите деньги, гораздо ранѣе часа. Теперь еще безъ двадцати минутъ одинадцать, а я возвращусь въ три четверти перваго.
-- О! воскликнулъ банкиръ съ нетерпѣніемъ: -- я вѣрю, что вы хотите это сдѣлать, но онъ вамъ не позволитъ. Я его знаю.
Глаза Саксена засверкали.
-- Такъ вы не знаете меня, произнесъ онъ:-- деньги мои, и я клянусь, что вы ихъ получите. Сколько, бишь, вы сказали?
-- Пятьдесятъ восемь тысячъ, семьсотъ...
-- Хорошо, хорошо, скажемъ пятьдесятъ девять тысячъ, это легче запомнить. Ну, пойдемте, я васъ подвезу до Чансери Лэнъ, и вы увидите, что я буду у васъ раньше часа.