ву» вавлонность въ словесности, природни

иоа зоость, покорении BocnnaHieMb, могла Мть

хота н±хоторую дьтельжость по крайней въ

топ, чтобы нахватанвыя съ чуха мысли переряжи-

вать взъ одного убора въ другой, вто

хо собственный. Науки памяти, исключи языковъ,

хоторямъ любы обучаться не чрезъ B“ezie сховъ,

но вивстЬ чрезъ разума въ произведе-

Bixxs• оныхъ, для мена тяжелы. О диьн±йшемъ

моемъ 06pa30B8HiH сказу посз%; а свазиъ еще толь-

хо о половМ моего Д±ТСЕ8ГО 6HTia. Б±дно было

моего умишка, еще серд-

ца; вто дитя ВЕ въ чемъ кахети и не обнаружива-

Мя, вавъ только въ моемъ cxa60XYTiH; его и

ибнлв. Синь я не то хочу сказать, чтобы •нравст-

венная сторона моей души оставлена был въ со;

вершенвомъ напротивъ благодарю

Бога за тавихъ в±рвыхъ кормщнжовъ, которыхъ муд-

рва переданныя моей дуть, к иравила,

вперженвыя въ глубин± души, и досей еще дер-

зао мена на добромъ пути. Но вотъ что ди ме-

на Henpi*THo: для чего они не постариись основать

мою вравственвость на моихъ собственныхъ чувст-

B0BHizxb, ди чего въ моемъ сердц'Ь не потруди-

псь раскрыть Бога и его святую релииЈю; й

ди чего то, что должно быть моею

на всю Ачвость, занято мною со стороны. Главный

и почти общТ методъ такого сердца есть

06pa30BaEie чувства строжайшей подзаконности, ос-

вовявающейса не на любви сердца, а на чувствъ

араха и боли — Такииъ образомъ Ата

моего Отства тензи тихо, свромно, мертво, невя

не выводили ни въ какое общество, а дома а зиль

всегда только со взрослыми, и будучи отдалень отъ

мыыхъ швдувовъ, а мио в шалидъ, кажетса ни-