130

С. И. ПОНОМАРЕВЪ,

взошехъ даже и объемистую пословицу: «терпи

казакъ, атаманомъ будешь»; ты дотерпЬся до атаманства, а

пос.тЬ опять-таки долженъ быль тетњть. Какъ это случилось,

кто виновать, что виновато—Богь знаетъ; видно, такая планида

вышла. По крайней М'Ьр%, ты можешь, положа руку на сердце,

сказать теперь, то ты трудился по силь своихъ, приносил

пољзу сколько могь, служилъ съ святому дьу про-

зла не д%.цап никому, желал добра всеЬмъ, оставаясь

выенъ своимъ честнымъ я над±юсь, что въ

этоть день ты получишь со вскъ сторонъ живыя доказательства

признательности, желаю отъ души, чтобы это

бьио началомъ иерем%ны твоихъ обстоятельствъ кь лучшему,

чтобъ заслуги твои были по достоинству, побь оста.љ-

ные дни своей жизни ты провел спокойн%е, довольв±е, счастл-

Прими-же заочно мое искреннее Жму теб'Ь

$пко руку и обнимаю.

М. Погодины.

Мы св%жо помнимъ то радостное впечатлеЮйе, которое произ-

ведо это письмо на Максимовича; помнимъ то живое

которое оно доставило многимъ въ Юев±: списки съ него ходили

въ н±сколькихъ экземплярахъ по городу, читались на юби.це± и

въ частныхъ и доставили Погодину, когда онъ скоро

посл% того прЊхалъ въ kieBb, особенное BHBMaHie. Но вм'ЕстЕ

съ тВмъ какую нахло@чку задахь Погодинъ тЬмъ, которые пере-

писывали его письмо и, не разобравъ его мелкаго почерка, не-

вольно допустили н±сколько изм•Ьнетй, по догадкамъ!—Скорб-

ный листь литературныхъ утрать, перечисленныхъ Погодинымъ,

теперь сталь еще бо.љше: уже почти никого изъ современниковъ

Погодина и Максимовича не осталось въ живыхъ. Посмотримъ

на тоть порядокъ, въ которомъ сходили въ могилу, одинъ за

другимъ, наши люди (только исчисленные зд%сь Пого-

динымъ):