— 168 —

ворь завязать недолго, а, пожалуй, можно и полюбезничать,

потому что иная деревенская красавица удивительно ловко

ум'Ьетъ пококетничать; но у моей пгЬвицы въ главахъ отра-

зидся испугъ, и заи%тно было, вакъ легкая дрожь проб'Ьжала

по молодому Млу. Исполняя мою просьбу, оца не встала съ

камня, но, когда я С'Ьдъ на другомъ конц'Ь, очевидно было,

что русначка смвшалась окончательно. Зам±шательство это

перешло и ко мн•ь въ такой степени, что,- привыкнувъ из-

давна обращаться и дружиться съ простолюдиномъ, я не зналъ

съ чего начать, изъ боязни показаться неловкимъ передъ мо-

лоденькой шЬвицей. ВЬроятно не понимая моего д'ь-

вушка подняла на меня черные глаза и словно спра-

шивала — ваЧ'Ьмъ я пришель и что мнгЬ надо?

Я просто пришель послушать, миленькая, твои П'Ьсни.

Ты такъ хорошо доешь, сказалъ я, желая начать равговоръ.

— Пою, какъ вс'ь $вушки въ Молодав'Ь.

Н'ћтъ, у тебя голосъ какой-то на

какъ-то за душу хватаетъ.

Быстрая улыбка скользнула по губамъ русначки.

Полно вамъ смМться1 сказала она.

— Я и не думаю смгћяться.

— ГОтаки полюбилась бы вамъ наша деревенская пгЬсня!

Атъ, нечего деЬлать!

— Пожалуйста не говори этого. Ты, значить, сама не

знаешь — какой у тебя чудный голосъ.

Въ сеть есть тоньше моего. Да вы тотъ панъ, что

стоите на гавд•ь у головы?

— Тоть самый.

Такъ какъ же я вамъ пов±рю. Говорятъ, вы очень

издалека, столько прошли св±та, а полюбился бы мой голосъ?

— Знаю, что тебя ув'Ьрить нельзя, но подумай сама —

зач'Ьмъ же я пришель бы кь теб'Ь на гору?

А вто васъ знаетъ?

Видишь ли, миленькая, я сегодня уЬзжаю и въ до-

кавательство, что не смгЬюсь надъ тобою, сдфлаю теЛ пода-

рокъ, если ты споешь мн'ь какую нибудь пгЬсенку.

Русначка снова посмотреЬла на меня, но уже безъ испуга.

— Что же вы мн'ь подарите?

У меня въ сумк'Ь было н•Всколько новенькихъ рублевыхъ

монетъ, и я вынудь одну изъ нихъ.

— Вотъ могу предложить на ленты.

Такъ много! Неужто весь карбованецъ!