— 249 —

— Какъ всегда.

— А paBBt это хорошо?

— Такая уже природа.

И, полно клепать на природу! Ну, покушайте вино-

града.

РазвеЬ я пришель за этимъ!

Что-жъ, одно другому не мгЬшаеть. А паииросы есть?

— Есть. Извольте.

И юноша подаль папиросу. Я однако же посшЬшилъ

раскланяться, считая свое весьма продолжительнымъ.

Когда, дня черезъ. два, снова я отправился въ виноград-

никъ, красавица встреЬтила меня у калитки и весело привеЬт-

ствовала. На этотъ равъ она одгЬта была еще кокетлив'Ье и

держала въ рукахъ зонтикъ.

Я только что была въ городеЬ, сказала она:—и думала—

не встреЬчусь ли съ вами.

Я посмотреЬдъ вопросительно.

У меня есть кь вамъ просьба.

Очень радъ, если могу служить вамъ.

Пойдемъ по саду иди присядемъ на скамейМ, а.то

у насъ гости и при вихъ будетъ неловко.

Любопытство мое быдо сильно затронуто. Мы прошлись

по дорожкеЬ и ус'ћлись на скамейкгЬ.

— Закуривайте папиросу.

Д'Ьвушка замолчала и потупила глаза. По лицу ея началь

разливаться усиленный румянецъ.

В%дь вы изъ Петербурга? спросила она, поднявъ на

меня свои черные глаза, подернутые влагою.

— да.

— И, равумгЬется, у васъ тамъ есть знакомые.

— Есть.

Вотъ еслибы вы могли пособить моему горю — сами

— я была бы очень вамъ

или черезъ знакомыхъ, все равно,

благодарна. Видите ли, въ чемъ Д'Ьло: мой женихъ военный

и челов'Ькъ небогатый, я тоже хЬвушка безъ а

начальство его требуетъ Мы не можемъ дать

сколько надо, а безъ этого не разр'Ьшаютъ.

— Что же я могу схЬлать?

— Не можете ли похлопотать въ ПетербургеЬ?

Жители отдалевныхъ какое-то смут-

ное n0H8Tie о столищЬ и воображаютъ, что столичный житель,

кто бы онъ ни быль, непремеЬнно встр±чается въ обществеЬ