— 358 —

и до той поражающей истины, которая видна во

вс•хъ его а въ особенности портретахъ. Изу—

митељнымъ сходствомъ ихъ, живостью, блескомъ и естествен-

ностью колорита, особенно въ массахъ воздуха, въ

фигуръ, группъ и паановъ, онъ превосходить безспорво всвхъ

живописцевъ. Веласкесъ занимался всевозможными отраслями

искусства. Онъ писалъ сюжеты священные, и мио

пейзажи, портреты Myzckie, и дзтск'е, внут.

ревности жилищъ, животныхъ, цвбы, плоды, и проч. Пейзажи

на его писаны широко, почти эскизно; вблизи они представиють

какое то cMtlIIeHie красокъ и неудовлетворяютъ вора; но издали,

отдшяются, фигуры оживають и натура создается кап

бы волшебствомъ. Въ этомъ онъ совершенно противуположеп

Рюйсдалю и другимъ знаменитымъ Голландцамъ. Въ портрегахъ

онъ превзошелъ всзхъ живописцевъ своего отечества : ничто

не можеть сравниться въ нихъ съ совершенствомъ подража

природз и съ какою кисть его торжеегвуеп

надъ Особенно любилъ онъ писать конные пор-

трегы. въ которыхъ отличался богатствомъ и pa3BW6pa3ieMb

становки. Въ картинахъ историческихъ, Валаскесъ изовгал

сюжетовъ священныхъ, которые были не по его характеру,

као наблюдателя природы, а не идеалиста. Ему нужно бшо

только людей. Рисунокъ его чистоты непогрзшите.љной. Онъ

играеть трудностями Формы и св•вта. То сочиняеть картину

совершенно темную, безъ признака св%та, то осЛп•

дять однимъ и то и другое выходить у него

одинаково превосходно. Колорить его твердый, вврный, есте•

ственный , безъ блеска. Въ разныхъ плановъ и

дали, въ св%та, въ перспективв прямолинейной

и сферической, онъ достигь исттннаго совершенства. Всвмъ,

что можно npi06ptcTb посредствоуь онъ впд•вл въ

въ превосходной степени; чего же недоставало ему, — вмра.

глубины мысли и чувства—тому уже нељзя научиться.

Паломино опредшяеть таланть Веласкеса слдующими словап:

древней правильность Римской иолы, игра-