nuieL Въ стил его не повторилась ни одна ио предшест-

вовавшихъ ему методъ; BCt идеи принадлежать собственно ему,

созданы и выполнены его твердымъ, философскимъ умомъ. Вос-

питанный антиковъ, онъ разгадал тайны прекрас-

наго; прооводилъ образы полные красоты, мысли и

Auekie от•ь т•Јхъ которыя ослпляють глаза, не

питая ни души, ни ума. Вез его ознаменованы

печатью необыкновеннаго благородствомъ мысли, возвы—

стиля и глубокимъ чувствомъ. Идеи его проникнуты

гл“кою •uoMieo, фигуръ всегда передано съ

очаровате.льною npuecTio Рафаэлевскихъ

дышетв простотою и совершенствомъ античнаго характера; и хотя

колорить его не отличается ни блескомъ, ви силою красокљ,

но качества рисунка) благородство стиля, драпиров-

ки и аксессуаровъ, ставять его въ ряду величайшихъ живо-

писцевъ Mipa. Въ историческихъ ero картинахъ вамгВтна обду-

манная обработка каждой Фигуры и группъ, про-

стота и в«рность постановки, pa3HW6pa3ie единство

характеровъ, и свободный стиль драпировокъ, опрев—

лтельность и изящество его пейзажи

отлчаются превосходнымъ выборомъ мзстностей и видовъ. (Пам.

Иск.) Въ сюжегахъ священнаго Пусенъ безспорно

выше всзхъ прочихъ художнивовъ французской школы.

его въ этомъ род$ пробуждають пламенный ре—

3HTY3ia8Mb. Живопись, по его высоко peMI'i03H0MY

чувству, была для него средствомъ пл%нять людей, дшая ихъ луч-

тими. Каждое его есть дань кь

“жаемому имъ искусству. Онъ вызвалъ изъ несчаст-

наго Доменивино и такъ сказать опрылъ глаза изумлен-

вымљ зрителямъ. Но стремясь очистить современныя

Шь изящномъ, овь кь им•Вгь весьма мало на

BanpaB.aeHie искусства. Живя постоянно въ онъ твмъ ме-

могь проиввесть перевороть въ искусствт своего отечества,

гдз подражал итальянскимъ художникамъ, кь уже

въ эпоху искусства. Рафаэль и великЈе живописцы

были уже забыты; законы вкусу предписывалъ Лебрёнъ, введя

26