114

Мы сказали, что uouozeHie его, не

на BAlHHie усйхи, не смотря на дань, которую ему

платили вассалы—мусульмане, было шатко, не-

надежно, не по причинамъ одной розни

съ и но, главнымъ образомъ, потому,

что, при гадательности встхъ его усйхогь, невоз-

можно было упрочить порядокъ въ самой

нельзя было побороть смуть и крамолъ—въ кото-

рыхъ никогда не было недостатка. Настоящей силой

авторитетной, постоянной, при томъ единойрной и

дружески настроенной—была PocciH, и только Рос-

тавъ какъ отъ держауь Запада отдТлядъ

сплошной барьеръ мусульманства.

Ираюйю, какъ и его предшественникамъ, при-

ходилось имтть дтло исключительно съ турками,

дикарями-горцами и Многое

сближало грузинъ съ состдями 1); но рели-

1) Въ грамотћ Имеретинскаго царя Адевсандра (1732 т.),

ярко изображающей MycynwaHcEiA гнеть, когда «святые мона-

стыри служать стоянками агарянамъ, а церкви обращены въ

ра.збойничьи притоны», и т. д., находииъ грустныя,

но въ истин•Ь слова: «общаго сь Друшми а:ристтнажи

оста.шсь у пась лишь одна вљра; со B3RTi51 Константинополя

мусульманами прошло 291 г.; персидское государство неодно-

кратно ЕЬроломно убеВждадо насъ оставить нашу втру, то силою

и пдтномъ, то лестью и различными дарами; но да сохранить

нась Господь отъ и.3М'Ьвы Bipt, проповтданной намъ Андреемъ

апостоломъ; мы твердо стояли въ ней и теперь не

в•Ьру отцов». Переписка, стр. 196.