— 289 —

лнеИ и употребили такъ мадо времени только потому, что 'Ьхали

удобн•Ьйшею дорогою—Муравскою. М"стпость, которую имъ при-

ходилось протзжать, они сами называютъ степью, но характеръ

3T0ii степи быль не везП одинаковъ. До Самары росли еще въ

Пса; въ югу же отъ нея встр±чались только кусты тер-

на и тиьника. Такимъ образоиъ, настоящее без.њсное простран-

ство или татарская степь начиналась въ нын. Екатеринос•авской

губ. Зд•Ьсь быль въ н%которомъ род•Ь прел%лъ ос%длаго и коче-

ваго Hace“eHiR. Не дароиъ это бьыъ kpahHii пунктъ, куда до“-

жали uock0Bckie станичники въ XVl и XVlI ст. Они какъ бы на-

м•Ьтили себ•Ь ту м%стность, которая по своимъ естественнымъ усло-

представляет•ь еще удобства для поселенцевъ: зд±сь

были въ изобили вода, .а%съ, пастбище, зв%рь, птица и рыба.

Это и заставляетъ русскихъ послов•ь выступить съ иро-

ектомъ о построй“ зд%сь нтсколькихъ кр•Ьпкихъ гогодовъ, кото-

рые препятствовали бы татаръ въ прехЬлы Московека-

го государства. Мы не будемъ входить вь оц%нку орОекта и от-

мтчаемъ только самую мысль ихъ о необходимости наступатезьной

воины съ Крымомъ. Тяпкинъ и Зотовъ, побывавъ въ Крыму, вы-

несли оттуда BIIetlaTxbHie, что не такте страшенъ чортъ, какъ его

ма..ююп, что это грозное татарское гн%здо, изъ котораго посто-

янно выходило множество разбойническихъ шаекъ, держа втихъ

въ страх•Ь все русское окраинное Hace.aeHie, на саиом•ь д•ЬЛ'Ь

было очень слабо и мизерно. Съ npbHe6pe*teHieMb они отзыва-

ются о пресловутомъ ПерекопеЬ, который считался непреодолимою

преградою для всякаго, кто захотЬлъ бы проникнуть въ Крымъ.

Но сила Крыма и вообще татаръ была не въ кр%постяхъ и

городахъ ихъ, а въ ттхъ степяхъ, которыя нужно была проИти

д.т того, чтобы проникнуть на полуостровъ. Точно

также русскому человТку быль опасень не ос'Ьдлый татаринъ—

купецъ, ремесленникъ вли земледьецъ, а кочевникъ и разбой-

никъ, которые и д•Ьла.аи постоянныя на наши украины.

Степь представляла самую надежную защиту для Крыма. По aT0ii

степи одинаково трудно было пройти и небольшому посольству и

большой рати; первое должно было опасаться рыскавшихъ здТсь

разбойниковъ, вторая—голода и въ особенности жажды.

Еще страшн•Ье становилась степь тогда, когда осенью выжи-

гали на ней старую траву. Степной пожарь—это было страшное

opy>kie въ рукахъ татар•ь.

37