— 285

ната не жилище, а владбище людей непогребаемыхъ, съ ед

голыми, сырыми стђнами, съ грязнымъ поломъ,—эта толпа

людей чуждыхъ, воторые изъ любопытства приходять смо-

тргЬть чрезъ открытую перегородку на несчастныхъ своихъ

и отыскивать между ними своихъ знавомыхъ и род-

ственнивовъ... Согласевъ, что это превосходное, необходимое

полицейсвое для тавото многолюднаго и разврат-

наго города, вавъ Парижъ, но оно должно быть вавъ-нибудь изм%-

нено. Народъ, смотря безпрестанно на TaBie трупы, привы-

каеть кь кровавымъ зрЬищамъ; ожесточается сердцем. Ше-

вырева это зрьище тоже поразило, и овь зайтилъ: „И н%тъ

оброа, Н'Ьть молитвы за несчастнаго повойвива—одна по-

Чтобы горб, Погодинъ вм%стћ съ Шевыревымъ

пойтилъ соборъ Notre Dame de Paris. По Пого-

дина, выпувлыя статуи по соборнымъ стЬнамъ, святыхъ и

королей, всев стоять безъ головъ со временъ Во

внутренности собора зайтны каваа-то б'ђдность, He6pezeHie.

Наши путешественники поднялись на воловольню. „До этой

высоты не досагаютъ вопли страстей, воторые раздаютс.я

тамъ, тамъ внизу, и волнують легкойрныя сердца Идвыхъ,

слабыхъ. людей. О! Никогда не забуду этой торжественной

минуты! Точна покоя надъ пропастью, гд'ь свир±пствують

бури, тремятъ громы, бушують вихри и суетятся люди! Я

поналъ Моусеа на гоф Синайской и два рога, воими исхо-

дило ciZHie изъ главы его! И 110kJ10HeHie золотому тельцу

представилось живо. НТСКОЛЬЕО минуть сидьъ я въ й-

момъ восторг±.. Это была лучшая моя минута въ Париж±.

Усповоясь, мы начали читать съ Шевыревымъ главу изъ Вив-

тора Гюго объ этой церкви; вспоминали MOCEOBCRit звонъ

въ заутреню Св±тлаго BocEpeceHia, навь овь слышитса и8ъ

Кремля; потомъ разбирали плавь Парижа, воторый разсти-

лалса предъ нами на пространство веиз"римое!.. О горе

теб%, Вавилоне.