— 232 —

чудную разность въ влиматахъ. Дни всђ въ солнц•ђ, вшдухъ

слышенъ cAzit, передъ мною поде, и ни

вареты, ни дужевъ, ни души, сдовомъ—рай. Жизнь наша

можеть быть звсь полво-хороша и безбурна. Ко<йй узе до-

веденъ мною до совершенства ).

Въ Языкова, Гоголь, по обычаю, у

Погодина на Твичьемъ Пой. Въ немъ С. Т. Авс.авогь

нашедъ большую перейну. „Онъ сталь худъ, бд±денъ, и

тихая покорность слышна была въ ваздомъ его

слой: HupaweHia и прежней провазл-

вости вавъ будто не бывало. Иногда, очевидно безъ нам*-

Hiz, слышался юморъ и природный его вомизмъ; но см±хъ

слушателей, прежде не противный ему, въ вря

сейчасъ заставлял его перемвнить тонь разговора“

Гоголь привезъ съ собою въ Мосвву первый томъ Мерт-

выл Душа. Повуда переписывались первыя шесть Го-

годь прочел Авсавовымъ и Погодину остальвыа пить навь. Чте-

Hie происходило въ дой Погодина. Гоголь потребовадъ отъ

своихъ сдушатепй вритичесвихъ 8akaHii. Во время

АЕСВЕОВЫ слушали молча, но Погодивъ заговорит п Что онъ

говоридъ" , пишеть С. Т. Авсавовъ,

— „я хорошенько не помню;

помню тодьво, что овь между прочимъ утверздвлъ, что въ

первомъ поэмы не двигаетса впередъ; что

Гоголь выстроишь длинный ворридоръ, по воторому верь

своего читателя съ ЧИЧИЕОВЫМЪ и, отворяя двери на-

право и налЫ, повазываетъ сидащаго въ важдой

урода“. Авсавовъ по поводу этого стиъ спорить

съ Погодивымъ. Но Гоголь быль недоволевъ его заступни-

чествомъ и свазалъ ему: псами вы ничего даивтить не хотите

или не а другому зам±чать мВшаете", и

Погодина продолжать и очень внимательно его слушалъ, не

возражвя ви однимъ словомъ".

„Въ это время“, свихВтельствуеть С. Т. Авсавовъ, то-

есть, въ 1841 и въ началђ 1842