295 —
упнаго и наблюдательнаго Ваньки. Подвигались ГВта, съ
кажхымъ годомъ совершенствовался Ванька въ своемъ при-
быточномъ ремеслв. Д“ствитедьно, воровство равныхъ ме-
дочныхъ вещей, одеждъ, посуды, легко доставляло Ванькв
прибыль и поощряло его кь даиьнВйшему воровству, — въ
особенности потому, что сбыть ворованныхъ вещей быль
дегокъ. Продавая краденыя вещи, Ванька скоро свехъ зна-
воиство съ кружкомъ людей, отчетливо и серозно зани-
мавшихся исключительно npi06pBrreHieMb чужой Фтвен-
ности. Первымъ его наставнивомъ и другомъ содался сод-
сынъ Петръ Романовъ Камчатка. Познакомились
они, жакъ водится по Русскому обычаю, въ вабакв; выпили
по стакану, по два, разговорились о своемъ житьв-бытьв.
Ванька разсвазывадъ, какъ плохо жить ему у господина,
который хотя и богатъ, но очень строгъ; кормить скверно,
отваетъ плохо, нервдко жалуетъ побоями; воровство же съ
рукъ никогда не сходить: все побои, да побои. Жаловаться
некому: въ суо не послушаюсь, да еще выдерутъ пиетьми
иии кнутомъ, и опять господину. Что Одать? не дучше аи
бјжать на вольный воздухъ? Камчатка одобрилъ HawbpeHie,
а не долго думадъ: въ ту же ночь обокрадъ своего
господина и съ новымъ другомъ, который ждалъ его у во-
ротъ господскаго дома, отправились еще на промысхъ въ со-
С). Ванька перегвзъ черезъ заборъ, отперъ кадитку
и впустидъ Камчатку. Сторожъ на дворв закричалъ имъ: „что
вы за люди и не воры п, самовольно на дворъ взошли?'
Камчатка ударидъ сторожа „лозой, ч'Вмъ воду носятъњ
сторожъ примолкъ, и они взошли кь попу въ домъ. Пожива
быт небодьшаа: попадьи •сара•анъ, да поповской каетанъ.
Каинъ надЈлъ на себя жа•танъ, и друзья пошли диве. Ухи-
цы Mock0BCkiH тогда были совс'Ьмъ другаго вида, нежели те-
перь: тротуаровъ не было, мостовая была деревянная, и по
уицамъ съ вечера разетавдяии рогатки, такъ навь ночью
никому не дозволено было ходить и Фвдить, водицей-
(7) Въ bBT06iorpa•iz Ванька говорить, что, ири побвг•, овь вапиеадъ ва
воротахъ своего господина: «пей воду, вавъ гусь, Зшь хПбъ, вавъ свинья,
а работай чортъ, а ве в». Это едва ли могло быть, потому что, кавъ по
архиввымъ дынь оказывается, Вавьва Квивъ ве уи•иъ даже подписывать
своего ииеви.