226

“ жалкихъ аген-

не знали „съ чего начать

турныхъ о моихъ знакомствахъ кое съ

Е'Вмъ изъ „подозрительныхъ" лицъ, у нихъ ни-

чего не было. Зато, какъ они на второмъ

допросгђ, когда уже получили доносъ провокатора.

„Теперь уже мы знаемъ, съ Ммъ им'Ьемъ Д'ђло,—

повторяли они. Провокаторъ донесъ имъ, что я,

будто бы, участвовалъ за границей на

демократическихъ смздахъ, быль редакторомъ га-

зеты и т. п. Никакихъ формальныхъ уликъ и ни-

чего, кромј доноса провокатора, у нихъ не было.

Но Сазоновъ, съ цинизмомъ жандарма, утЬшалъ

мена тВмъ, что „не усп'Вете вы догЬхать до Сибири—

у насъ уже будутъ формальныя улики“. А, въ

уликъ, меня сослали „охраннымъ« поряд-

комь на 5 лжъ въ Якутскую область за „поли-

тическую неблагонадежность". Такъ сказано и въ

моемъ статейномъ списк\}. „Не въ счетъ абоне-

мента"

меня уже послгЬ приговора выдержали

5 Мицевъ въ „одиночке иркутской тюрьмы, хотя

я пј•й'ђхалъ въ Иркутскъ за дув неджи до от-

правки зимней 1900 г. въ Якутскую область

изъ Александровска. Доставили меня въ г. Ви-

люйскъ. Тамь я прожилъ около двухъ Л'Втъ. Скука

и дичи с$ла.ли изъ меня страстнаго охот-

ника. Съ ранней весны до глубокой осени я бро-

диль по тайгћ, болотамъ и озерамъ съ двуствол-

кой за плечами и собакой, что неудивительно

пос.Л'В восьмимгьслчной „зимней спячки“ въ своей

камергВ. Въ феврал 1903 г. быль приглашень

участвовать въ Нельканъ-Аянской какъ