5.

МОНОПОЛЯ ТЕ-ЋТРМЬНЫХЪ ЗРЪЛИШЪ.

(1841—1848 гг.).

Очень немногимъ, в%роятно, изв%стно, что театральная антреприза,

какъ самостоятельное стала доступна каждому предпри•

нимателю сравнительно недавно. Императоръ Александръ 111, первый

разр•ЬшИлъ Московскому Пушкинскому театру Бренко) сво-

бодно рядомъ съ императорскими и отм•Ьнилъ обяза-

тельный въ пользу казны сборъ съ каждаго спектакля. Это случилось

въ начал± 80-хъ годовы До т%хъ поръ, частныя зр%лища, спектакль на

равн% съ концертомъ, составляли исключительную министер-

ства двора, которое безконтрольно ею распоряжалось. Это ревнивое

кь своимъ правамъ, боязнь, что частное можетъ

подорвать усп%хъ казеннаго, повредить его сборамъ, звучить основ-

нымъ мотивомъ во всей переписк± театральнаго началь•

ства Николаевскаго и Александровскаго И чего, кажется

бояться начальству? На петербургской и московской драматическихъ

сценахъ еще блещуть имена Щепкина, Садовскаго, Мартынова, Самой-

лова, на оперной—поють Патти, Гризи, Тамберликъ, Кальцолари, кто

можетљ конкурировать съ ними, кто станеть имъ поперекъ дороги?

Не же театрикъ, изобр%тенный какимъ-то французомъ Ле-Маль-

томъ, которымъ иностранецъ хот•Ьлъ занять семейную

петербургскую публику. Въ этомъ театр% Ле•Мальть нам±ревался

показать: китайскЈя тЬни, волшебный фанарь съ мегаскопомъ, .la

grande fantasmagorie", „feux pyriques•, игры и

эскамотажъ, „spectacle mecanique de Pierre• и пр. Машины предпола-

галось выписать изъ.за границы, а долженъ быль писать

г. Брюно, „ученикъ Чичери (Ciceri)". Одновременно Ле-Мальть

испрашивалъ августЬйшее покровительство великаго князя Михаила

Николаевича, который „им%лъ свою маленькую ложу въ маленькомъ

театре. Д•Ьло почти улаживалось, когда, благодаря неловкости самого

антрепренера, все вдругъ пошло прахомъ. Случилось такъ, что Ле-