52

дующимъ символомъ в%ры польскаго народа: «В%рую и при-

знаю шляхетскую вольность виновницею безпорядковъ, при-

Аснетй и npegpiHia ближнихъ, лишившую хлопа правь че-

лойческихъ, а мгђщанина правь гражданскихъ, — вольность,

отъ которой произошло пановъ, породившее раз-

ладь, подлость и pagxhJIeHie шляхты на проникнутыя

духомъ мошенничества и дерзкаго сильныхъ. Мрую,

что король, лишенный правь, терпитъ отъ преобладающей

упреки въ народныхъ часто неза-

служенно. ВВрую, что войско, казна, стража, и безо-

пасность столицы, разхЬленныя между четырьмя управле-

служатъ причиною грабительства и не-

справедлйвостей. Мрую въ подкупность государственныхъ

чиновъ и сеймовыхъ депутатовъ; Арую въ ихъ съ

иностранными министрами для общихъ своекорыстныхъ ви-

довъ. ВгЬрую въ BockpeceHie иностраннаго и не-

урядицъ; вђрую въ и изм%ны

и въ когда нибудь въ Польшгђ лучшаго прави-

тельства».

Наконецъ приведемъ слова, которыми Лелевель заканчи-

ваетъ свою дтлая обзоръ Польши

въ XVIII вы:

«Умственное и невзгоды, испытанныя

Польшею, принесли свои плоды. Cye"pie и фанатизмъ оже-

сточили и унизили народный духъ. Нравственное 0TynriHie

овла$ло низшими классами и небогатою шляхтою. Вса по-

литическая хвательность сосредоточивалась въ рукахъ без.

печнаго меньшинства, и Польша потеряла всякое

въ европейской При всей обширности своихъ

она, въ политическомъ смысл'ь, была только мерт-