до Ферана.

91

цвжовъ, песчаникамъ видь цйтнаго мрамора.

Если прибавить ко всему вышескаинному, что скаш

уади Шелладъ еще не рны и что HauacT0BaHi.a, со-

ихъ, неравном%рной величины и крой того,

причуддивымъ фазомъ наложеш одни на другд то

станеть понятшмъ, что подобш» напоминаетъ

поразительно искусственную выкладку, и что глазъ не

можеть освободиться отъ чтобы не видЖ въ

этихъ пестрыхъ градахъ постройки ти-

таническаго чедов'ћка. Самое фориъ,

и цуьтовъ, какое себ можно вообразить,

хаосъ, раскрашенныхъ съ арабесками, скаль,

горной природы, мертвенность пустыни—и все это за-

моремъ аркаго сйта—вотъ общее впечатлЫе,

оставшееся у насъ отъ уади Шеллалъ.

Правда, изъ этихъ цуЬтовъ и Аней простая

оптическая правда—гдиъ до того

поражается чудеснымъ видомъ расписныхъ скаль, что

краски и тоны воспроизводятся B006pa.zeHieMb

тамъ, ихъ не существуетъ на самоиъ дЖЬ, но все

таки игра красовъ и цв±товъ въ уади Шеддадъ пора-

зитељна. Оно и понятно отчасти. Есдй однообразнаа

поверхность пустыни играеть разноцвттными лучами

при блесв•Ь иди солнца, то

свалы съ трещинами и промежутками между

отд'Ьльными HauacT0BHigu должны производить вод-

шебную игру цв%товъ и Аней при различныхъ осв#

Не смотря на яркость красокъ, царящую въ

уади Шеллиъ, ни одна травинка не оживляетъ

пеструю, но мертвенную красоту ед. Только zanie пучки

Artemisia, Genista, Schen и др. травъ, произрстающихъ

даже въ мертвыхъ пустыняхъ, кое-гдТ виднгђлись на пути,

нисколько не придавая визни окружающей