100

вечерней зори; же 1710 т. запрещаетъ

ее вовсе. По обоимъ уставамъ этого

кань подвергало виновнаго смертной казни. Такая

чрезвычайная строгость Бажетсн твмъ менве объяснимою,

что именно въ то время въ нашей вообще, а въ

томъ чисдгВ и во флотв состояло множество иностранцевъ,

особенно въ шкиперовъ и штурмановъ. Если пред-

положить, что такое строгое ино-

странныхъ языковъ 10лью заставить служащихъ у

насъ иностранцевъ скоррВе изучать pyccRiit языкъ, то эта

цВдь должна быда бы съ неменьшей настойчивостью пресиВдо-

ваться и по къ. сухопутнымъ войскамъ•, между

въ военноуголовныхъ законахъ того времени для сухо-

путныхъ войскъ вовсе- не встрвчается такого

Его нвтъ ни въ Шереметева, ни въ Краткомъ

артикулВ Меньшикова. говорить на иностран-

ныхъ языкахъ исключительно во флот%, можно, кань ка—

жетсн, объяснить только твмъ, что измвпа инострапцевъ

на кораблв, гдгВ они занимали большею частью

должности офицеровъ, шкиперовъ и штурмановъ, была 60-

Ле опасна и - неотразима, чвмъ въ сухопутныхъ

войску, и потому иностранной речи на кораб-

ляхъ имВдо въ виду предупредить подобную измвну, дишая

иностранцевъ возможности сговариваться на непонятномъ

для команды Если такова была дмствительно цеВль

законодателя, то позволительно сомнВваться, чтобы она могла

быть впбднв достигнута принятою имъ мврою.

Инструю$я и артикулы pocciiicR0MY флоту, 1710 года

были обязательны не только для моряковъ, но и для сухопут-

ныхъ войскъ, во время Haxom;xeHiH ихъ на корабляхъ. По-

рядокъ ихъ послынимъ быль точно опредв-

лень указомъ 29-го мая 1714 г. 1), послт,довавшимъ оче-

1) полн. собр. зак. т. У, 2814.