— 251 —

Они огрубляютъ и ожесточаютъ нравы и скорм деморали-

зируютъ, чотъ исправляютъ народы. Такъ было вез$, такъ

было конечно и у насъ. Возьмемъ для приљйзра хоть самое

тяжкое изъ введенныхъ Петромъ Ведикпмъ IklH3aIIin, ко-

тораго не .знала до-петровскаи мы уоворимъ о шель-

M0BaIIiIl со его посл'ВдствВпп:. Это ужасное пака-

.3aHie ставнею чедолка, таль сказать, закона, отдавало

ла волю каждаго безнаказанно обобрать, обпоть, прибить,

а BrrocOWTBilI даже „и убить его. Мало того, опо извергало

приговореннаго изъ чедолческаго общества, д1;дало его, кань-

бы, прокаженнымъ среди людей, подвергая тому же наказа-

„iIi10 всякаго, кто оспй3дился бы вступить съ пимъ въ благо-

СКЛОНПОе споше1йе. И что когда шель-

J10BaHie налагалось за важныя государствеиныя преступдетя,

юно было почти фиктивнымъ. При наличности приговорен-

наго, оно служило только безпосшВдствепной

нера.зд'Ьльпой съ нимъ смертной казпп;

прп 0TcYTcTBiI

ike преступшла, заочный приговоръ почти никогда пе до-

стигалъ его, ибо такой челов'Ькъ, естественно зарапеПе при-

пималъ мвры кь укрытйю себя въ безонаспомъ мгВС'Г'В, ухо-

домъ заграницу пли куда нибудь, хоть п въ PoociIl,

подъ

куда сам ьтй

чужимъ именемъ, гд'в никто пе 311a.lb его п

ирпговоръ о немъ невсегда могъ достигнуть. Л такпхъ

М'Встъ, въ тогдашнее время п IIl)II тогдашнпхъ и

средствахъ споше1йй, было не мало. Впос.лЈ;дствй1,

когда

шельмова1йе было распространено Петромъ Велпкпмъ па

нВтчпковъ и дезертпровъ, опо опять не достигло своей цТ,ли,

пе устрашило иародъ. Оно пе прекратило п даже пе умень-

шиЛо полговъ п нгвтчества п если затруднило пТ)сполько

укрывательство и пристанодер;кательство (Аглыхъ, то зато

уснлпдо грабежи п разбои.

Съ юридической точки .3ljliiiI и в'ь особенности въ практпкј;,

того времени, гораздо 60db111iit педостатокъ Военпо-уголовнаго

кодекса Петра Великаго составлявтъ неопредј;депиость мвры