— 13 —

Я не гвардеецъ... Я такъ же мало аристократъ, какъ и

демократы Я принадлежу кь тому среднему классу, который

„жнетъ тамъ, не сЬялъ“. Все

— наше. Пушкинъ —

нашъ, и Шевченко

— нашъ. (Слышу гоготъ „украинцевъ“.

Успокойтесь, друзья: Шевченко въ роли „украинскаго боль•

шевика“ я оставляю вамъ, себ% я беру — Шевченко банду-

риста, „его же и Гоголь

Все русское.наше. и намъ оди•

наково близка, поскольку она русская, поскольку она талант•

лива и прекрасна, поскольку она наше Прошлое и Будущее.

и намъ одинаково далеки, поскольку

узко классовы, поскольку изящно надменны или грубо

фамильярны.

Я скорблю надъ угасающими,

„сходящими на нВтъ“

старинными родами, я радуюсь новыхъ, „вхо-

дящихъи, которые „сами себ% предки“.

Я жну тамъ, не с%ялъ. Все высокое, красивое и

— мое, и я ношу мое право на нихъ на

сильное русское

моей любви кь Родин±... Я люблю ее всю, съ арис-

тократами и демократами, дворцами и хатами, богатыми и

б%дными, знатными и простыми.

Ибо нужны. Какъ нужны корни, стволъ, листья...

и цв%ты...

Я не гвардеецъ... Но если я особенно больно чувствую

то это потому, что все же noblesse

oblige... Какъ я несравненно болье оскорблень ме-

таморфозой „Петрика“ въ апаша, чьмъ „Петьки“ въ хули-

гана. ВВдь въ сущности вся б%лая идея была основана на

томъ, что „аристократическая“ честь удержится среди

кабацкаго моря, удержится именно б%лой несокрушимой ска-

лой.... Удержится и поб%дитъ своей б±лизной. Подъ аристо•

кратической частью надо подразум%вать все лучшее,

все д±йствительно культурное и моральное, порядочное безъ