н. и. новиковъ.

19

„Безразсудъ боленъ MHiHieMb, что крестьяне не суть челов±ки.... Онъ

съ ними точно такъ и поступаетъ.... никогда съ'ними не только что не

говорить ни слова, но и не удостоиваетъ ихъ своей то-

ловы, когда они по восточному предъ нимъ па землћ

распростираются. Онъ тогда думаетъ: я роспоДинь, они мои рабы, они

Для того и сотворены, чтобы, претерпљвая B%kia нужДы, День и

ночь работать и исполняпљ мою РОЛЮ исправнымъ платежелљ оброка;

они, памятуя мое и свое должны трепетать моего взора.

Мдные крестьяне любить его, какъ отца, не СМћ)ТЪ, но, почитая

въ немъ своего тирана, его трепещутъ. Они работаютъ день и ночь,

но со всТмъ Амь едва им±ютъ дневное займъ, что на-

силу могутъ платить поборы. Они и думать не см•Ьютъ, что

у нихъ есть что-нибудь собственное, но говорятъ: это не мое, но

и оспоДское".

Такая злая скоро сМняется у Новикова негодова-

HieMY.

„БезразсудныйЧ—восклицаетъ ты не знаешь, что между

твоими рабами и челойками больше сходства, Ч'Ьмъ между тобой и

челойкоцъ!" Займъ, въ сатиры авторъ прописываетъ Безраз-

суду отъ его болевзни такого рода рецептъ: „Безразсудъ долженъ вся-

день по два раза разсматривать кости и

до Вхъ поръ, пока найдетъ онъ между господиномъ и крестья-

нивомъ .

Говоря о «Трутнгђ», нельзя умолчать о полемикЈ{, которую

вели между собою «Трутень» и «Всякая Всячина» или, лучше ска-

зать, за ними Новиковъ и императрица Екатерина.

Спорь возникъ изъ за нравственныхъ вопросовъ и но не

въ этомъ было Д'Ьло: Екатерина II очевидно не ожидала. что сатира

пойдетъ такъ далеко и будетъ касаться самыхъ основъ жизни,

самыхъ слабыхъ и наиболгђе больныхъ ея сторонъ. Она, по всей

думала, что «Всякая Всячина» будетъ образцомъ и

камертономъ для другихъ сатирическихъ журналовъ, что они бу-

дуть ограничиваться общаго свойства, ни для кого

въ сущности не обидными. будутъ обличать скупость, глупость,

нейжество, щеголей и щеголихъ, петиметровъ

и кокетокъ по возможности безотносительно, чтобы наводя

на добрыя доставляло Вна-

чал'Ь Екатерина именно такъ и смотр±ла на роль сатирической

литературы; только потомъ уже — и можетъ быть отчасти подъ

— она стала обнаруживать

полемики съ «Трутнемъ»

взглядъ на сатиру, что сказалось напр. въ ея

собственныхъ, чисто обличительныхъ въ