— 70

ксандръ и еще череаъ В'Всводько въ особомъ ма.

нифесть вновь подтверждадъ неприкосновенность фин-

дяндской и законовъ. правъи преимуществъ

финляндцевъ.

Конечно, въ и законовъ Фин-

ляндци императоръ Алексавдръ могъ руководиться и

прямымъ политическимъ разсчетомъ: это было лучшимъ

средствомъ аакфпить ва собой новую страну, т%мъ

бол%е, что само ея происходило тогда

еще, когда война со не была окончена. Но внев

всякат что Александръ, утверждая за ЕНЯ.

жествомъ Финляндскимъ его руководилс.я

прежде всего своими общими убВждеяЈями, своими сим•

naTi3MR кь представительному строю. Въ 1811 г. по по-

воду финляндскихъ порядковъ императоръ Александръ

высказалъ генералу Армфельду сМдующее: „Клянусь

вамъ, что эти формы нравятся гораздо больше,

чзмъ n0JIb30BaHie поляымъ произволомъ,который

основой только мою волю и предполагаетъ такое совер•

шенство въ госуд$, какого ве можетъ быть—увы!—

въ ЗД'Всь я могу ошибаться только тогда“

когда самъ того вахочу, предлагаются веб необ-

ходимыя я окружень неувВренностьш

и почти всегда привычками, за“вившими законы. Вы

увидите, какъ я думаю объ этомъ, тамъ, возможно

произвести въ моемъ государств•В соотвгътственное из-

такъ какъ я немедленно присоединяю кь кнй•

жеству старую (ран•ъе завоевавдую и вхо-

дившую въ составь русскихъ губернјй) и дамъ

ей ту же и т) же формы свободы“.

На самой финляндской конституц1и мы вд•всь оста.

навливаться не будемъ: въ данномъ случаВ насъ инте-

ресовало только кь императора Але-

ксдндра, несомн•ьнно, проявившаго въ финляндскомъ

свон взгляды, свою склон-

вость хь представительному строю. Въ вопроса,