— 322 —

него силъ". Овь „полюбовался только на толпы нарда,

который сшьшилъ съ противоположной стороны въ Дн±пру,

по случаю торга или празднива, и вспомнилъ старое время“

Вязьму наши путешественниви проВали рано поутру, Дорго-

бужъ ночью. ЗДЫ насм±шидъ Погодина старивъ,

ный смотритель, воторый, разбуженный, свазиъ ему: ЕХ(ЛЬ

кь самому Суворову ступайте лошадей • .

HenpiMHU исто1Ја съ лошадьми была у Погодина и въ

Можайсй•, „но“, пишеть онъ, „холерная моя слава

услугу. и доставила npl{E888Bie почтмейстера

ному смотрителю дать вамъ лошадей немедленно, что плу“

старалса отклонить со уловками Руссваго ума и

Въ Можайск± Погодинъ взгдявудъ на новый соборъ „ив , •

пишетъ овъ, „пожаМлъ о старомъ, назначенномъ уже кь

СЛОМЕ'Ь, хоть онъ и оставался пос.йдвимъ памятнивомъ древ-

наго Можайскаго

Наконецъ, 26 сентября 1839 года, по утру, ваши путе-

шественники остановились на Повлонно* гор%, увидЬи Ивана

Веливаго, златоглавыя цервви, и „сердце ихъ" отдохнуло...

Воть направо отъ Аса показался монастырь, воть и

д

орогомиловская застава... ПрЊхали...

Въ своихъ Отрывкасб ил Погодинъ представ-

ляетъ афоризмы: „Добро и зло продолжають расти

на одномъ дерей: развилось одно, тамъ развилось и дру•

гое, и чуть ди не въ одинаковой степени. Народъ столицъ, го-

родовъ, и народъ деревевь—видгђ совершенно различные ва-

роды. О простомъ народ его жизни, нравствен-

ности большого нттъ ниг$. Политической

Европы предлежитъ много проблемъ, и въ этой дра" далеко

еще до патаго а переломъ бдизовъ. Н±ть тавого

закона, изъ коего нельзя бы было свлать зло-

которое везд'ђ тотчасъ и $лается: слыовательно,

не столько важны учреждекйа и завовы, свольво люди, отъ

воторыхъ зависитъ У всаваго народа есть евои

оброхЬтели и свои пороки, и всего можно судить о

д