— 365 —

честно, а иную назадъ отдасть; видьъ, а говорю, въ Твери

тавую •монету Всеволодовича. Воть овь меня — ступай

свор±й, нарочно даль деить рубдивовъ на дорогу, а

твмъ, говорить, сочтемся.

ГОМВИНб. Да же монета-то? Поважи мВ!

Крестьянина. Я уже сторговыъ ее за дваццать пять

рублей .

Головин. Михаилъ Иетровичъ пишетъ помочь теб только

до двадцати, и то ежели стоить.

Крестьяяинб. И батюшка! Что туть твое!

Головина. Ну хорошо, хорошо! Пойдемъ же

Крестьянин. увь а въ вамъ ее принесу часа че-

резь два; будете вы дома?

ГОЛОВИНб. Буду, . буду.

Ушелъ мой вресљяыинъ, а я (Малс.я думать думу ВР'Ьп-

кую. Ну, подумыъ д, поручндъ же мнгЬ Михаил Петровичъ

За вого овь мена почитаеть. Я не умВю отличить

гроша отъ Николаевсваго, а онъ мн•Ь предостав-

ляетъ цвнить монету за шестьсотъ лгьтъ бывшую. В%рно, меня

считають на руки умвымъ. Въ добрый часъ! Дай Боже!

Да вить и въ дурави-то записные не хочется. Руви,

ноги затряслись. Воть прекрасный сдучай опозориться и раз-

ув±рить добрыхъ людей въ моихъ Ахъ Ты, Гос-

поди! Хоть бы съ неба упала вавого-нибудь Чертвова что ли

внижва о жонетап, чтобы быдо съ Ч'ђмъ св±рить! Прихо-

дитъ врестьанивъ. Дрожащею рукою схватишь я завернутый

въ бумагу патавъ. Крестьянина посадилъ въ чаю, а самъ с±гь

въ овну, чтобы въ сумервахъ—до СВ'ЬЧЕИ рВшить свою горь-

ЕР участь. Открываю, смотрю: Патавъ! Такъ! пятавъ съ че-

лойвомъ съ подписью вругомъ. Ну, слава Богу! Отдохнуло

сердце. Ныйшная, простая, безъ замысловатостей отдЬва,

буквы, язывъ—все это гораздо ниже временъ

Петровыхъ, все это близкое въ намъ. Крестьянинъ между

т±мъ, прихлебывад чай, приговариваетъ:

Крестьянинб. Это такая вещь, за которую и мн'в, и вамъ