— 309 —

что по M8Tepia.IbHHMb ycd0BiaMb мы непремТнно сойдемса,

теперь, когда ргђчь зашла объ ртихъ ни словомъ

не коснулись о моихъ прежнихъ npenozeHiaxb, и заговорили

совс±мъ о новомъ проевтђ сдТлви. Г. Новосильцовъ быль у

васъ не вакъ участнивъ будущаго а кавъ человтвъ

принимающт во инђ лично ygacTie. Приметь ли наше

размыы, нельзя нивакъ загадывать зарангђе, нельзя,

на надежды весьма отдаленной, заключить положи-

тельное Мы можемъ довольно основательно на$ятьса,

что наше вошло бы успјшно и давало бы намъ

нЬвоторое, хота и небольшое Думать же о боль-

шихъ выгодахъ, если и позволительно теперь, то разврЬ по про-

многихъ и многихъ Л'ђтъ. Что же васаетса до

то они потому были для меня тяжеш, что мои обстоятельства

требуютъ теперь свораго pi:neHia. У мена есть еще

виды. Въ случагЬ неудаи, мн'ь, по всему придетса

думать о въ Петербургъ. Во всавомъ

позволяю себВ нахваться, что исходъ нашихъ

переговоровъ не измвнитъ дружелюбности возоб-

новившихся между нами

Въ•вошф вонцовъ Погодинъ не фшидсн передать своего

Москвитянина Кдтвову. Виною же сего были славянофилы.

20 Инвара 1854 года, С. Т. Авсавовъ писадъ Погодину:

„Если хотите, чтобъ HanpaBJeHie осталось прежнее, никому

не отдавайте журнала. Катковъ челойвъ очень но

будетъ особенное и крайне одностороннее .

Слухъ о переговорахъ Каткова съ Погодинымъ не сохра-

нидса въ тайнг\, а распространился повсюду, о чемъ сви-

Мтельствуютъ строки М. М. Стасюлевича въ

Погодину: „Я ничего не приготовилъ для журнала, потому

что 3Д'ЬсК всгЬ говорятъ въ одинъ голосъ, что вы сдали Ре-

гг. Леонтьеву и Каткову, съ воторыии, и особенно съ

первымъ, я вонечно не буду ИМ'Ьть иивавихъ

Аполлонъ же Алевсандровичъ Григорьевъ сталь уже хло-