— 70 —

— Вотъ и прекрасно; разскажи только, гдјз онъ жи-

веть, а я самъ пойду кь нему.

Мануилъ подвелъ гостя кь окну и указалъ на ветхое

Степань, наложивъ пблный кармань золотыхъ монетъ,

быстрыми шагами пошелъ по узенькой у.лищђ и подъ

именемъ Крымскаго татарина явился кь помощнику за-

вФдывающаго темницею.

Эфенди—сказалъ онъ—я поклялся именемъ нашего

пророка одному земляку моему освободить изъ плфна его

отца и брата, которые случайно захвачены съ ненавист-

ными дженевезами въ Крыму и совершенно безвинно

томятся въ въ Константинополф.

Напрасно, сынъ мой, ты обгЬщалъ сдфлать это.

Развјз мы властны идти противь воли султана?

— Боже меня сохрани перечить великому халифу.

Но такъ какъ онъ этого не знаетъ лично, а за гяуровъ

никто не хочетъ жертвовать cTomocTio невольника, то

я отъ ходатаевъ потребовалъ впередъ деньги и принесъ

ихъ кь тебф какъ ближайшему начальнину.

— Ты очень мудро поступилъ. Конечно, нашему сул-

тану не приходится отпускать плеЬнныхъ даромъ и онъ

содержитъ ихъ до того времени, пока явятся выкупщики.

Оставь же, сынъ мой, мнгђ въ задатокъ поль ц]зны и

дай обдумать, какъ надо поступить, чтобы клятва твоя

не послужила тет; въ вину на томъ СУВА.

Степань высыпалъ предъ намъ золото, отъ котораго

у турка заблистали глаза.

— Ну, ужъ такъ и быть—сказалъ онъ, немного по-

думавъ—я BQ3bMY всю отв±тственность на себя неси

мнјз и остальныя деньги, чтобы завтра же освободить

тебя отъ ужасной клятвы.

Степань Огомъ побФжалъ на квартиру и набравъ еще

одинъ кармань золотыхъ, выложилъ ихъ предъ туркомъ.

Ну, теперь выслушай меня—сказалъ тюремный

смотритель—зав'гра послйз вечерней молитвы ты встрф-

тишь меня, сидящаго у воротъ тюрьмы. Ты подойди ко

мнф молча и мы войдемъ вмфстф кь тфмъ, кто нуженъ

теб±. Я останусь на дворгђ, а ты возьмешь ихъ за руки

и уведешь. Но помни, лишь только ты выйдешь на улицу