Авсолютндя МОНАРХ!Я НА ЗАПАД%.

27

только Teopielo;. но и живою только

силою правового принципа, но и Мощью конкретнаго факта. Поли-

тическое положенЈе итальянекаго „князя

не связаннаго никакими

феодальными путами или сословдаго представитель-

воплощающаго въ своемъ лиц•Ь римскТ правовой

(„quod

девизъ объ государя“,

какъ источникћ закона

principi placuit, legis habet vigorem

“ это стано-

вится и получаетъ 3HaqeHie живого идеала, кь которому стремятся

приблизиться протйе государи, въ особенности изъ нихъ, кото-

рымъ, въ силу ли семейныхъ связей, въ силу ли политическихъ

обстоятельствъ, приходилось ближе соприкасаться съ представителями

итальянскаго абсолютизма. замашки Ј1юДовика XI

объясняются шедшимъ изъ въ неменьшей, быть

можотъ, степени, Ч'ћмъ и личнымъ характеромъ короля,—характеромъ,

который опять-таки сложился въ значительной степени подъ итальян-

скимъ Не даромъ французскт досцотъ выросъ въ

тћни Альцъ, въ сосфдней съ области Дофинэ, и быль

женатъ на савоярд%, итальянкећ по крови и научившей

его нв только зачитываться БоккачЈо, но и твердить

ею съ родины поговорку:

„(lLIi nescit dissimulare,

nescit regnare“

„кто не ум•ћетъ притворяться, пе умђетъ цар-

ствовать“. И не даромъ Людовикъ XI дружилъ со многими изъ

а для борьбы съ „лигой общественнаго

итальянсвихъ „князей“

искалъ помощи у итальянскихъ КОНДОТЬ(РО6б (команди-

блата“

ровъ наемныхъ дружинъ). Не даромъ Францискъ 1, котораго одинъ

(П anotaux) называетъ „первымъ аб-

взъ нов%йшихъ историковъ

солютнымъ монархомъ во быль поклон-

никомъ всего итальянскаго, начиная съ абсолютизма итальянскихъ

„князе) “ ,

продолжая пышностью ихъ дворовъ и кончая итальянскимъ

искусствомъ и даже итальянскими модами. Онъ и всю свою жизнь

рвался въ ратоборствуя за обладанЈе этой „прелестной

страной“, которая еще Карлу VIIT показалась „такой восхититель-

ной, что недоставало только Адама и Евы, чтобы ой стать ра-

емъ“. Не даромъ въ XVI и с,тђдуюши.хъ cTo.rhrriHxb мы встрьча-

ешь во многихъ странахъ, въ качествЬ государственныхъ