Авсолютпя МОНАРХИ НА ЗАПАЈО.

дитпонныхъ обладателей. Время индивидуализма рат exeellence,

этоха возрождегпа есть тлавнымъ образомъ время новыХь модеег,

людей, которые не получаютг, свою роль, какъ

ное насшЬдство отъ своихъ отцовъ и хЬдовъ, а созДаютб ее

см; своими руками. Новый человпкб, это — болЈе, q•hMb кто-

либо, въ полномъ suae ipse faber, „

самъ

кузнецъ своего собственнаго счастья, своей судьбы“. Сила и зна-

qeHie новаго челов'Ька коренятся но въ историческомъ прай, не

въ незапамятной не въ вгЬковой но въ по-

желт±вшемъ отъ времени пергаментЬ, а въ личныхъ въ

личной въ личномъ и—надо также приба-

вить—въ личномъ пронырствћ, изворотливости и хитрости, при

случај—даже жестокости: однимъ сдовомъ—въ томъ, что на языкћ

эпохи называлось Доблестью, virtu, ИзвеЬстно, что слова также

слово Доблеста на языкћ людей эпохи

свою исто)ю:

им'Ьетъ очень мало общаго съ тою совокупностью по-

нимъ соединять. Доблесть эта

которыя мы привыкла

съ

въ гораздо меньшей степени СИНОНИМб чести и честности, чуьмъ

ихъ антитеза. Доблестный человљкд, „совершенный @irtu-

до жестокости, коваренъ до самой подлой плутни.

Доблесть требуетъ лишь блестящихъ, трудныхъ терпев-

ливо подготовленныхъ и хладнокровно выполненныхъ, съ сПокой-

ной душой и яснымъ лицомъ, съ какимъ бы тяжкимъ преступле-

HieMb ни было сопряжено это По"жденный, безъ

всякой надежды на спасогйе въ перспектив•ь, Доблестный чело-

6“k6 не склонить своей выи. Съ него довольно быть хотя на

одинъ день единственнымб Вб своемг, родљ, иото singolare,

и вызвать изумленЈе эпохи. Подъ топоромъ палача шный Ольд-

убШца Галеаса Сфорцы, восклицаетъ: смерть .wecmo-

кая, слава 6љчния! И въ славы въ потомств±,

tuoso находить ce6'h поддержку въ своихъ совромон-

никовъ. Папа Павель II говориль про скульптора Бенвенуто Чел-

лини, которому иногда случалось производить y6iicTBa на улицахъ

Рима: „Takio художники, какъ Бенвенуто, стоять выпе

общепризнанпыхъ законовъ“ (Gebhardt),

Абсолютн. монарх.

з