— 307 —

товарищъ?" спросилъ молодой Д., вошедъ въ воинату

ня своего, Минсваго. „Давнымъ давно ты ви въ вому изъ

васъ ве являешься. ученыя в±домости девать у

тебя ва стол'Ь не разрьанныа, и даже... любезный твой

Несторъ,—воть новою пылью, сверхъ соб-

авенной древней!“ Ты все шутишь Алевсандръ! не до

шутовъ.

„О чемъ же грустишь ты, спросить? Отъ чего въ

тавая перем%ва?

О ивой перейй говоришь ты?.. Давно ли а видВлся

вс%ци вами, говориль о литературныхъ вовостяхъ, спорилъ...

„Поздравляю... ты, Арно, съ древнимъ монахомъ заслу-

шшс.а вавой-нибудь райсвой птичви... Да не спугнул ли

е.. Знаешь л, что со времени твоего затворничества вы-

шель новый томъ Карамзина, перевелъ

еще Байровову поэму... Словомъ, ты ц%лую вед%лю сидишь

доп “ .

И это можетъ быть. Я погружень въ

„Но и прежде ты погружалса въ однавожъ,

тварищи имВли YTB0ZbcTBie принимать въ немъ

Переставь вертЬться... См±лђе, смВлВе, ну—выговори"!

Я... влю... в*ъ, мвгЬ кажется теперь, что д могу... Что

можно влюбляться.

„Браво! браво! Тавъ я и предполагать. Ну, что, философъ,

ття Кому же MiPb вонечвый одолжевъ за

любезныхъ правь своихъ"?

РРй воВ!

„Русой восЫ Я горю любопытствомъ... Разсважи свое

И сталь разсвазывать своему что на-

дихъ овь приходить въ графий О. съ Чернецом Козлова.

„Въ передней вомнатЬ, на ея половин±, говорятъ ин%, что

Графина недавно вышла изъ ванны н принять меня, в*ятно,

ве можетъ. Я воротился было виадъ, вавъ вдругь раздался

голп изъ вабинета: „что вамъ угодно, Н. П. Здравствуйте!“