— 260 —

родною ообою Петра Бульдогов? И вавъ ты въ венчатмъ

образгЬ сего Петра Бульдогова могъ не узнать друга —го—

БЬинсваго, йчно неистоваго, хода сь п%ною у

рта и поднятымъ вверхъ вулавомъ, ди BHpazeHiz

волнующихъ чехов%ва? О

Ботвинъ! Ты обидЬъ меня. Тидъ першй и

юнаго тианта на овершенно нотмъ для него поприщг%.

Опять, столь удачный, подь 6xw—it. О Ботвинъ! Ботвинъ!

ГД'Ь ze дружба, дюбвь? Мрачное щете, выходи изъ

утробы моей, выставий зала свои. Н±ть, Боткинъ,

не шутя, а спообенъ во многимъ родацъ вогда

вдохновдяељ меня злоба“ п)

Въ Педантљ почтенный Шевыревъ, подъ иениъ Ло

дора Ипполитовича Картофелина, представлень сиомъ

осворбитељномъ и с“шномъ вив. Туть не забыты и зна-

менитыа жетпыя —чтпки. „Воротившись и8ъ за-границы",

пишть Бульдоговъ,— „мой ШВантб сфладся ужаснымъ витя-

земъ жемпыо —чатою и превраиаго пода: въ ваздой

егать•ђ свМ онъ твердить по рвзъ, что онъ дие дома

ходип въ жет»ыл приткал. (h оЫенною

писать онъ статьи о ба.аахъ и маварадахъ; въ этихъ

видно было ymueHie отъ тащевъ, ибо за в.ащою фраою

смдоввло, по крайней м$, три точви...“ MnHczit даже

не пощадилъ и самой наружности Шевырева и

его портреть въ тавихъ чертахъ: „Росту онъ весьма ноль-

шаго; въ молодости быль сухощавъ и тщедушенъ, а

довольно и им'Ьетъ брюшво, нђсводьво чавероугоиь-

ное и похожее на Еслибъ не д(тда на усп±хи

другихъ и на свои собственныя неудачи умрить въ

ооей TeHiBXbHocTH, мой педитъ быль бы тавъ толть, то,

при малости роста, походил бы на огрмное in quarto. Гл—

у него с»ые, волосы между руами и рывеватыми•,

на правой щевђ бородавва... Тавовъ Шевыревъ быль до

поьдви въ но опуда онъ, по смо-

вамъ Млинсваго, представлялся тавимъ образомъ: „Натянутая