96

Ну, а въ самомъ Усть-Кут

%теперь есть?

— Выли, недавно еще были, да только съ пол-

года назадъ ихъ отсюда разослали въ дру1йе станки.

Не то что бунтъ быль, а просто ихнихъ

мимо везли, они что-то воспротивились,

что ли со з$шними добивались, ихъ солдаты от-

чаянно избили и увезли. Наши, значить, тоже под-

нялись, какую-то бумагу послали, ихъ и засадили...

Плохо я объ этомъ, баринљ, знаю... Слышалъ

только объ одномъ... Не помню сейчасъ или раньше

Д'Ь.то было—мудрено, значить, разсказывають. Си-

дгЬлъ онъ въ тюрь“. Вышедъ тутъ манифесты

Приходить кь нему начальство и объавляетъ, что

онъ свободенъ, можетъ домой жать... А онъ въ

отвжъ: —

„не хочу я манифеста, не пойду изъ

тюрьмы!“ Да...—„Ну, нжъ", —отвећчдеть началь-

ство,—„это не казенная бога$льня, мы не можемъ

васъ з$сь содержать“

кажите, что другихъ освободили.—Показали ему.

Онъ и вышелъ на волю. Ишь ты: молодой, а не

хо%лъ! —Смјется извозчикъ.

Зелени лужайка смјняется Лсомъ. Мы снова

вышжаемъ на такую же открытую, „веселую “

поляну...

Ну, баринъ, вотъ и каторга, смотри, видишь

надъ тайгой куполь церковный? Это — каторга.

Теперь недалеко!...

Мы, дмствительно, подмзжаемъ кь катортЬ.