100

околачивается, воду намъ возить... А то никого,

только

— А вы что же туть дгВлаете?

— Да ничего, такъ, живемъ...

— И кром васъ еще кто-нибудь?

— А какъ же! Весь штатъ на Встахъ. Такъ

безъ Ола служимъ .

— Что же васъ куда-нибудь н; переведуть?

— Должно быть, о насъ забыли... Знаете, въ

Д'Ьла много, легко и забыть...

А 3M0BaHie вамъ платять?

— Ничего, Слава Богу! Исправно...

— Не забыли?

— Н'Втъ, ничего...

— Кто же туть еще кром васъ этакъ служить?

А вотъ управитель каторги тоже есть, только

онъ сейчасъ въ отпускъ ужаль... А зач'Виъ ушжать?

У насъ здЈсь хорошо. Вонь, въ томъ большомъ

баракгћ — общей каторжной казармђ kpecTb8Hckih

начальникъ теперь живит, сюда, какъ на дачу,

съ семействомъ перетьхалъ... Очень это

В'Ьдь, туть—- безлюдье, каждый живой человгђкъ

уже гость желанный...

Ну, а палачъ каторги тоже остали?

Н'Ьть, у насъ палача и въ не

было. Тутъ арестанты даже безъ кандаловъ хо-

дили. Такъ, на день, на два въ Haka3aBie на-

д'Ьвали...

— А пороли?

Какъ же можно иначе? Но только у насъ

это было по домашнему — дули прамо на зем,тђ