зо

смоковницъ разбиваются палатки. Грузъ разло-

жень правильными кучами, разс•Ьдланные и ярко

красными набивками на спинахъ мулы пасутся на сочномъ

лугу; туть же погонщики, полуголые, черной

кожей съ сильной мускулатурой, ср•Ьзывають серпами траву

на ночь. У костровъ копошатся женщины, приготовляя пищу.

На ночь животныхъ беруть на коновязь. Путники, поужи-

навь пр•Ьсными лепешками, усаживаются тЬснымъ кружкомъ

у костра и за безконечными разговорами проводятъ вечерь.

Воть у кого-то отыскался музыкальный инструменть, на-

трехструнную арфу, и подъ однообразный рит-

аккордъ его затягивается грустная, тихая п•Ьснь.

Костерь гаснеть, съ нимъ замираеть меланхоличная мело-

Караванъ располагается на ночлегь. Всюду воцаряется

тишина; слышно только м•Ьрное животныхъ, да

крикъ ночной птицы.

Вдоль дорги часто встр±чаются базары. Деся-

токъ женщинъ сидить гд•Ь-нибудь подъ тЬнью большого

дерева, въ покупателей. Торгують хл•Ьбомъ (не-

круглыя лепешки) и густымъ кислымъ пивомъ.

Среди продавщицъ попадаются очень моло-

женщины, но вс•Ь он•Ь им•Ьють забитый, угрюмый

видь, какого я не наблюдалъ у галласокъ другихъ племенъ.

Не явилась ли эта сумрачность магометанства?

4 Января. Мы переправились въ бродъ черезъ р. Гибье и кь

вечеру, сд•Ьлавъ одиннадцати-часовой переходъ, вступили въ

столицу Джиммы г. Джеренъ *).

По кь Джерену, м•Ьстность станови-

лась все красив•Ье и оживленн±е. Густо насаженныя по

об•Ьимъ сторонамъ дороги деревья были въ цв•Ьту и напол-

няли воздухъ Зелепукинъ, кь превеликой

своей радости, нашелъ въ кустахъ свою старую знакомую

ежевику, съ созр±вающими уже ягодами.

Городь „Джеренъи расположень у подножья хребта, слу-

жащагр водоразд-Ьломъ р±къ Гибье•Каке и Гибье•Энареа.

*) На берегу р. Гибье я убилъ птицу, какой мн•Ь еще не приходи-

лось встр±чать въ Она довольно большихъ разм±ровъ, съ

перьями чернаго цв±та, въ общемъ им•Ьетљ сходство съ аистомъ. У

самцевъ на голов% оригинальный перистый хохолъ.