— 364 —

войство, въ вавомъ я видВлъ Однаго въ по-

минуты жизни!.. При мА быль одинъ Николай Пе-

тровичъ Ботвинъ, очень добрый малый, которому я всегда

останр ва это благодаренъ, воторый меня утвшалъ СВОЛЬЕО-

нибудь, но который самъ потомъ мнгЬ сизаль, что овь ни-

вавъ не думалъ, чтобы я могъ выздоровђть. Но умереть среди

НВмцевъ повазиось страшно. Я вейлъ себя посадить

въ дидизавеь и везти въ Добравшись до Tpi9cTa, а

себя почуттвовалъ лучше. Дорога, мое единственное левар-

ство, овазада и на этоть разъ • Я могъ уже

двигаться. Воздухъ, хотя въ это время онъ быль еще не-

upiaTeBb в жаровъ, 00'Ьжилъ меня. О, вавъ бы въ это

время хотьлоо с$лать вавую-нибудь дальнюю дорогу! Я

я зналъ и знаю, что а бы вовстановленъ был

тогда совершенно. Но а не ИМ'Ьдъ нивавихъ средствъ Ахать

вуда-либо. Съ вавою бы радостью а сдеЬладся фельдъегереиъ,

вурьероиъ две на Русскую перекладную, и отважизс.а бы

даже въ Камчатву, —-ч±мъ дальше, Амь лучше. Кланусь, а

быль бы здоровъ! Но вняо дороги до Рима три дна

тольво. Туть мадо было перемтнъ воздуха. Все, однавожъ,

и это свлало на меня $tcTBie, и я въ Рим% почувствовал

Мя лучше въ первые дни. По крайней мВф я уже мон

сд±лать даже небольшую прогулку, хота иосиТ этого я уста-

ввдъ тавъ, вавъ будто-бъ я сдгьалъ десять верть. Я до сихъ

порь ве могу понять, вавъ а осталс.я живъ, и здоровье мое

въ тавомъ сомнительномъ въ вавомъ д еще ви-

когда не бывьлъ. ЧВмъ даме, вавъ будто опять становится

хуже, и zeqeBie, и медиваменты тольво растравляють. Ни

Римъ, ни небо, ни что не имгђють теперь на меня NiZHi8.

Я ихъ не вижу, не МВ бы дорога теперь, дорога

въ дождь, смвоть, черезъ .йса, червь степи, на врай свгЬта!

Вчера и с.егодвя было сввервое время—и въ это скверное

вра а вавъ будто бы ожилъ. Тавъ вол все мй хотЬлось

иди броситься въ дилижансъ, или хоть на перекладную. Двухъ

минуть я не могь посидКь въ вомнатЬ... Друть! воть