— 486 —

позабыла на небесахъ о своемъ другђ. Почему моитъ

быть, и это письмо, которое пишу теб'ђ, внушилось всйд•

CTBie еа •ze неесныхъ о теб: мы вс•ђ не боЊ,

вавъ Во всемъ и поИюду намъ могуть пуд-

стать Божьи повейньа тавъ же, вакъ йвогда уста из-

дни слово, вогда Онъ повейлъ. Но прощай! посылаю, теОЬ

странищ изъ Здатоуста объ утратахъ, воторьа будеть теб

по душе ид

Въ отвђтъ на это письмо Погодинъ отйчиъ: „Горячими

слезами обдидъ а письмо твое, дМезжый другь! благодарю,

благодарю теба за твое бдагодгКте. И всавш разъ плачу,

вавъ его перечитываю. ХотЬдъ отйчать теи въ тоть зе

день, хотЬдъ передать теи свои и до сихъ порь

ничего не могу. Да, другъ мой, поучительно. Успо-

воась, сообщу теОЬ, что со мной дЬаетса. Теперь прощай.

Благодарю, благодарю теба еще разъ и обнимаю вр%пво.

Д±ти здоровы. Моя нога йсводьво повр%иче ступить, во

безъ востылей не могу. Что Андреевичъ? *) Мы сды-

шали, что онъ боленъ. Сохрани его Богь. Свољво доставило

сладваго YNB0Jbcoia письмо его въ Государю“ 30). Въ

Днееникљ ве своемъ (подъ 23 девабра 1844 года) Погодить

записалъ: „Умилительное письмо отъ Гогои. Читаль его съ

горячими слезами. Онъ увазываеть во шљп. Я думыъ,

что эте горачность, вспыльчивость, но гнТп въ смыслф вмы

а не питаю ни на Каченовсваго, ни на Полеваго, ни на

Строганова. Второй поровъ мой онъ называетъ накате»

приличт. Я привнаю его но не находил ему

имени, и Гоголево вветса нейрное. МЕТЬ чего-то недостать.

Я слишвомъ прамъ, что вдечеть для мена вои

Гоголь считаеть происходящими отъ ge8HaHia Я

размышлял вогда-то на днахъ о своихъ xHcTBiaxb, вои не

приносать той пользы вавую бь должны приносить—не он