— 332 —

она Гоголю,— „за письмо въ Самарину, оно его обрадовхо

и подврђпидо, онъ находится въ самой затруднйтельной борьб

съ отцемъ, который свазываетъ важдое его движе-

Bie. МнЪ важетсл, что, с.“дуа сыновней благодар-

ности и не возмущая семейнаго cnozoicTBia, овь уже правь

и чисть иередъ Богомъ и обществомъ. Онъ умевъ, чисть и

добръ, любить все прекрасное не вавъ отвлечевное, но вавъ

способъ въ души, въ общества посред-

ствомъ прекрасныхъ личностей. Изрђдва напишите ему, по-

тому что онъ страдаеть отъ своего фальшивго B0J0&Hia.

Пановъ одинъ его увргЬпдаетъ теперь“

Самъ же Самаривъ отвровенно писалъ Гоголю:

„Вы не знаете мню отца, но тавъ овь а долженъ и

хочу быть вполнтЬ откровеннымъ съ вами, я не могу ве ска-

зать вамъ о немъ хоть н•ьсволько иовъ. Онъ пожертвовлъ

для меня своимъ nozozeBieM% въ свы и при Двоф, видами

честолюбЦ оставилъ навсегда Петербургь и, поселишпись вь

Мосвй, занадс,а исключительно моимъ BocnBT8HieMb. Это

была великая жертва и иритомъ жертва выдержанная, ибо

до посгЬднаго два его попечительность, доходивши до мело-

чей, его ежечасныя заботы, не освудтва.а, проводили меня

черезъ ступени yqegia и Многџмъ обязавъ я

если не ВС'Ьмъ; я облзанъ ему тЬмъ, что

вредныя и суетныя навлонности, воторыхъ С'Ьмя во мнгЬ было,

не ривились во инђ; навонецъ, оно свило мена способнымъ

принять и сроднитьса съ тавимъ образомъ мыслей, воторыИ

при другихъ обстоятельствахъ, другомъ образ% жизни и вос-

вЬроатно, бы чуждымъ. Сосредоточивь

на мнеЬ свои надежды, свои отецъ мой привывъ

смотфть на меня, вавъ на свое это быт почти

неизбжно, но Амь не нейе вредно. Чрезм%рною высва•

тельностью и строгостью онъ подавил во свободу не-

посредственныхъ сердца, отвровенность, прямоту и

силу воли. Кь онъ никогда не понималъ мена и

теперь понимаетт, мейе, нежели когда-нибудь... Я ужасно