— 346 —

зВсь. ДЕО въ томъ, что вчера я съ нею Дранип.я по

поводу одного ел Петербургсваго npiar•ua тавъ, вавъ тољво

можно разбранитьса съ одною Александрой Осиповной. Слот

за сово дьо дошло до того, что она на вадцомъ шагу ври-

чада: вы, милотшеый осударь, то-то и то-то. Я ужасно

взасилса и уже не сидТлъ, а она безпрестанно вскакивала;

досталось туть отъ неа и Мосвй, я ВС'Ьмъ. Про васъ она

говорить, что вотб примирились порядкомб вицей и

не возмущетеа, ничьими п.одлостяжи, потому что септа

пережљнить нельзя! Софизмы на важдомъ шагу,

постоянно за бова; а свиль, впрочемъ, что еа прими*е,

терпимость и не cNxcTBie

лмви, а привычевъ и долговременнаго

въ Петербурй. Навонецъ а уђхвлъ... “

С. Т. Авсавовъ, всегда npeBX0HRBIIIiBu предъ MHiBiaMH

своихъ сыновей, въ отйтъ на это письмо сгоряча напивлъ

сйдующее: „СдЬай милость, посворте громомъ и

на ту высовую натуру, воторая не ушветъ стряхнуть

съ себа болотной гнили, въ воторой она вырс.ца и совр•ьа—

и усповойи". Но обсудивъ болВе хладновровно, С. Т. Авса-

вовь писалъ своему сыну: „Возвращаюсь въ вашей ссорт:

разуйется, ты был еа причиной своими Фзвиии выходими,

ибо свазать, вашъ друть и npi8'NJb подлецъ, а особенно жен-

щай, которва не можетъ за это ударить васъ и вывить на

неизвинительное; на все есть манера... Разу-

йети, Александра Осиповна сисилась и

того, что она не думаеть, не чувствуетъ и не признаеть"

Какъ бы то ни было И. С. Авсввовъ написалъ по

А. О Смирновой Сб ионом и трахом

стихи:

Вы легко,

Вы снисходительны не въ мтру,

И мудрость, вту Мру

Теперь я понял гибоко.

Вчера Ж)сторженной и шумно),

Тревожной р±чью порицал