— 51 —

ycneHiu очный покой поДажДъ Господи успшему

рабу твоему боярину князю и сотвори ему вљчную

память, вся церковь поклонилась въ землю... Умилительна

была эта минута! Вотъ когда чувствуетса отечество, забы-

пемое иногда нами среди ежедневныхъ заботь и суетъ. По

панихиды вынесены были изъ царсвихъ дверей два

образа — Святын Троицы и kuaHcEiR Матери“. При

этомъ, преосвященный сизаль, вышедъ вновь изъ алтаря,

уже разоблаченный: „Православные! эти образа пожертвованы

въ нашу церковь родными князя Пожарскаго, въ поминъ по

его дуптК. В%ронтно одинъ изъ нихъ стонлъ. ц предъ гро-

бомъ его. Помянемъ же предъ ними еще разъ ег.о душу, и

помолимся вм%стђ о отечества, государя импе-

ратора и всего август%йшаго дома

бросились въ надою; хотђлъ

приложиться поскор'ђе въ завВтнымъ святынямъ.

Поздно уже разошелся народъ, съ грустныџъ, но upiHT-

нымъ, сладкимъ чувствомъ, оставивъ церковь, и говоря доф-

гою о трудахъ князя Михайловича Потарсваго, ко-

торато имя исКони соединилось въ съ памятью объ

отъ Полявовъ, вспоминая давно прошедшее

время, славя Бога за отъ золь, и благодаря царя,

который любить народную славу и старается, рано или поздно,

воздавать каждому по дЪламъ его“ 43).

Въ то врема, когда въ Сузда.й п±лась панихида по ЕНЯЗВ

Д. М. Пожарсвомъ, въ МОСЕВТ, въ дошь на Никитскомъ

стоало еще непогребенпое ты Гоголя, о вон-

чий вотораго Погодинъ узналъ у гроба Князя Пожарсваго.

По въ Москву, Погодинъ получилъ с.йдую-

щее письмо отъ трафа С. С. Уварова:

„...Я узналъ съ nplIcop6ieMb, скольКо васъ огорчила

смерть Гоголя; а найрное предподагалъ видфть псъ зд±сь

и. мы съ сыномъ готовили вамъ комнату. Мое здоровье по-

правляется тавъ трудно, что всђ свои надежды а отложилъ

до лТта. Сынъ также не соМмъ здоровь и мы часто тол-