108

дрова. Пароходъ пристаетъ, забираетъ дрова, остав-

лая на штабели подъ полномъ записку или вы-

даеть ее „дойренному" на ближайшемъ станкгВ.

Сторожей около дровъ Н'Вть. можеть ру-

бить въ тайтЬ, сколько угодно, и потому Ц'ћнится

только трудъ заготовки дровъ. А чужой труда

въ Сибири уважается... Осенью встЬ станки объ-

Вжають почтовые и частные пароходы и сразу

расплачиваются по „квитатямъ".

Остановка дла нагрузки дровъ—одно изъ луч-

шихъ Я не говорю уже

о томъ неудержимомъ см'ьМ, какой обыкновенно

вызываютъ „обстоятельння" надписи,

кому принадлежать дрова. Такъ на одной доск•Ь

а прочелъ: „Вольной дрова на 2-й Олек-

минска беременна купца Никола Черемныхъ«. По-

ниже этой надписи, значившей — Вольныя дрова

2-й Олекминскаго временнсио вупца Ни-

воли Черемныхъ", какой-то остроумный путеше-

ственникъ приписалъ синимъ карандашемъ: „А въ

переводгВ съ Якутскаго — потерялась больная ко-

рова изъ Кити“ ...

Когда пароходъ пристаетъ за дровами днемъ,

вся публика отправляется въ тайгу по ягоды.

Осенью тайга полна брусники. Она стелется гус-

тымъ ковромъ по землгЬ, точно барвинокъ надъ

могилами въ ЛЈтомъ много смородины,

голубицы, колосняки, костеники, вродгЬ глода...

Кругомъ—береза, лиственница, сосна, шиповникъ...

Трава зеленая съ голубыми колокольчиками... Только

Н'ћтъ того веселаго птичьяго щебета, которымъ