130

3HaHiaxb уже при Сипягингв поголовно

начали отказываться давать как)т-либо

и, благодаря этому, даже жандармы не могли

страпать девла, Плеве придумалъ передать полити-

Ола въ суды и тьмъ заставить политиче-

скихъ заговорить... На это и пошелъ нашь маль-

чикъ безъ штановъ... Противь него не было ни-

уликъ, но онъ произнесъ ргђчь о своихъ

Судь оправдалъ его, а Плеве со-

слалъ сюда.

— А почему у васъ такое странное прозвище?

— Его долго держали въ тюрьмгђ до суда,

онъ не называлъ своего имени, ему не д%лали пе-

редачъ, и нашь мальчикъ настолько обносился,

что когда ему нужно было итти въ судъ, то онъ

съ тревогой воскликнулъ:

п Кань же я пойду на судь безъ штановъ?"

За это онъ и получилъ свое прозвище...

— Что-жъ,—промолвилъ, мило улыбаясь, сту-

денть,—въ борьб потеряешь ты право свое, а не

только штаны... Пожалуй теперь меня вернуть? А?

Какъ вы думаете?..

Когда я вы“жалъ изъ Москвы, одинъ мой npi-

„ челойкъ большого политичесваго такта“

ятель—

С. настойчиво совжовалъ мнгв купить котелокъ,

в“сто обычной—мягкой шляпы.

— Я бываль въ Сибири,—говорилъ онъ,—и

хорошо знаю, что значить таиъ котелокъ. —Вамъ

откроютъ двери самнхъ сокровенннхъ темноть.