вишь

У Болгаръ для этого являются особыя асбирнивы», и бољшею

возв Фонтановъ, водоемовъ, которыхъ, по необходииоети

оркаго климата, по древникь Bp0BaHiT'b Славянъ и маго-

ветанскихъ 010BeHib такая пропасть въ горахъ и по дорогаиъ турец-

кихъ зд±сь же у болгарскихъ хайдуковъ назначаются обык—

вовенно Вста свидавШ, сигналы, и т. д.,—особенность, которую не

встрЬчаеиъ на такой степени въ Cep6iH. И такъ хайдукъ

Вйствуетъ часто саиъ по себ±, но большею собираеть дру—

живу или поступаеть въ число ея. Большая часть Всень начинает—

ся иенно т4иъ, что «такой-то пособралъ дружину» и пустился на

подвиги. Собирают» какъ сказано, подъ байракъ, но не вс%хъ, кто

попадется, а по отбору , при четь въ сербскихъ Асяяхъ употреб-

ляють npienb , тотъ же саиый, который употребляется и

для вужества передъ походоиъ: Коиненъ байрактарь со—

бралъ дружину; говорить ишь: «братья воя и дружина иоя! Не

родила ли мать такого юнака , который пошелъ бы кь пастуху , да

принесъ бы отъ него «овна деветвка (девятигоднаго)» и добраго коз—

ла семи д±тъ, на ужинъ дружину» аВсЬ юнаки, продолжаетъ п%сня,

викоо поникнули и•въ черную землю погляВли; не глядитъ только

1оивъ Которецъ, онъ вскочилъ на ноги, привесь барана и козла.

Обоихъ живыхъ ободралъ и пустилъ на рубленые еловые сучья;

— кричить козель благииъ матомъ , а барань

сучекъ задереть ,

полчитъ, не даеть голосу. Тогда говорить 1ованъ: го-

лова четы нашей За ч%иъ ты пустилъ ихъ ободранныхъ?» ОтВ—

чаеть «видите ли , вои братья? Какова мука на ско—

тину, еще пука у Турокъ на вашего юнака , если

тять его; кто поветь поднять эти пуки, пусть молча вдеть че—

ревъ гору, какъ о&цранный баранъ; а кто не можетъ, отъ меня ему

Бошиъ прощенье, пусть вортвтся въ на краину!» Вскочилъ

онъ на ноги , схватил по ружье, пошелъ прямо въ

ору. Обозр%лся Иованъ Которецъ, а десятеро друзей повернуло.

Говорить овь «эхъ, Тата, за чЬиъ напугалъ дружину? Десять

друзей уб%гло.» ОтвВчаеть апусть ихъ 6'Ьгуть, побратитъ до—

рогоп Если испугались опи живаго ободраннаго козла , какъ бы

встрЬтили они завтра Хасанъ-агу Куну, съ его тридцатью кранш—

никни, огонь живой—краишникаии Черезъ Всколько шаговъ еще,

остлся десятокъ, а потоиъ только тройка: «не бойтеся, мои

братья, приговариваегь воевода; что Влаклъ тридцать юнаковъ, то

иотъ сдьать три добрыхъ юнака, если будетъ намъ доброе счастье