[ 232 ]

глаза, расширяясь и сжимаясь по мере того, как я двигал

глаз туда и сюда. Как у тех цветов, так и здесь они имели

форму, подобную дугам концентрических кругов, и когда мой

глаз был над центром вогнутости зеркала [т.-е. в 5 футах

и 10 дюймах расстояния от зеркала], то их общий центр был

на прямой линии с центром вогнутости и отверстием в окне.

Но при других положениях моего глаза их центры были

расположены иначе. Эти цвета появлялись при свете обла-

ков, распространявшемся к зеркалу через отверстие в окне;

когда же через отверстие светило солнце на зеркало, то

свет его был окраски того кольца, на которое оно падало,

но солнце своим блеском затемняло кольца, создаваемые

светом облаков, если только зеркало не отодвигалось от

окна на большое расстояние, так что свет солнца на нем

расширялся и был слабым. При изменении положения моего

глаза и передвижении его то ближе то дальше от прямого

пучка солнечного света цвет отраженного солнечного света

постоянно изменялся на зеркале, как и на моем глазу: один

и тот же цвет всегда был виден наблюдателю, стоящему

рядом, на моем глазу и мне на зеркале. Отсюда я заключил,

что цветные кольца на картоне создавались этими отражен-

ными цветами, распространявшимися под разными углами от

зеркала, и что получение их не зависит от границы света

и тени.

Набл. 7. По аналогии всех этих явлений с явлениями

подобных же цветных колец, описанных в первой части

этой книги, мне казалось, что эти цвета получаются при

помощи толстой пластинки стекла способом, очень похо-

жим на тот, которым они производились в весьма тонких

пластинках. Ибо после пробы я нашел, что если ртуть

была счищена с задней стороны зеркала, то одно стекло

вызывало те же цветные кольца, но значительно более

слабые, чем раньше; поэтому если явление зависит от ртути,

то постольку, поскольку ртуть, увеличивая отражение задней

стороны стекла, увеличивает свет цветных колец. Я нашел

также, что металлическое зеркало без стекла, сделанное