ноторые спали, сидя на нарахъ или лежа на полу;

науъ не оставалось ничего другого, какъ покориться

своей участи. Мы улеглись въ углу, образуемомъ печью

и свной, между двумя китайцами и связкой огром-

ныхъ оленьихъ роговъ. Дорога изъ Селенгинска въ

Кяхту идетъ все время въ южномъ и

проходить черезъ необитаемую мвстншгь; тамъ и сямъ

поднимаются цВпи холмовъ, покрытыхъ по склонамъ

хвойнымъ дВсомъ или березовыми рощами. Изрыка

попадался намъ на встрВчу обозъ съ чаемъ или обго-

няли насъ верховые буряты въ своихъ странныхъ

шапкахъ и длинныхъ коричневыхъ кафтаиахъ. Въ

общемъ по этой дорой, повидимому, рђдко ђздили;

лишь изрВдка попадались намъ на всфчу деревушки,

очень бдио. Единствениое, что на раз-

50 миль привлекло наше были груды

камней на вершинахъ ходмовъ, которыя служили алта-

рями для совершаемыхъ бурятами,

чтобы умилостивить своихъ боговъ. На крайнемъ сћ-

Сибири употребляется для жертвоприно-

табань, который туземцы сыплютъ на землю съ

вершины какой-нибудь скалы, отличающейся своими

причудливыми формами. Буряты употребляютъ для

этой-же лоскуты своихъ одеждъ, ноторые они

Мшаютъ на столбы и колья, у#пденные между камней.

Была очень холодная погода, все время бушевала

снђжиая буря иди диль потоками дождь. На почто-

выхъ нельзя было достать теплой пищи, и

еще прежде, наступалъ вечерь, мы чувствовали

себя совершенно истощенными, блат•одаря невольному

посту въ сутокъ. Съ восторгомъ прийтствовали

мы огоньки, прийтливо насъ изъ оконъ

троицкюсавсвихъ домовъ.

трода, Маймачинъ и Кяхта,

въ ста миляхъ на ЮГО-ВОСТОЕЪ отъ Байкаль-

скаго озера, составляютъ одно цђдое. Троицосавскъ и

Кяхта лежать сфвершве, Маймачинъ южнђе монголь-

СЕ0й границы, причемъ городь отдђляется

отъ Кяхты полосой нейтральной земли, шириною въ

150—200 метровъ. Изъ трехъ городковъ самый