— 403 —

За 1881—1885 гг. на Карев перемвнилось

семь комендантовъ *); тюрьмой принимало

каждый разъ другой характеръ, смотря по капризамъ

чиновника, стоявшаго въ данный моментъ во главђ

Такъ напримыъ, перегородки,

каждую большую камеру на три кельи меньшаго раз-

мВра и устроенныя въ 1882 г., были въ 1884 г. по

новаго коменданта разобраны; „свободная

команда“, уничтоженная въ 1881 г., была снова воз-

становлена въ 1885 г. Каждый новый комендантъ

находилъ своего предшественника нецЪ-

лесообразными и считалъ своимъ долгомъ отмђнить

ихъ; законъ и его мђсто заступали

грубый производъ и капризы. Самымъ лучшимъ тмен-

.дантомъ, по свихВтедьству ссыльныхъ, быль Бурлей.

Халтуринъ быль грубъ и жестокъ, Шубинъ безхарак-

терная личность, а Менаевъ не только пьяница,

но и воръ, письма кь ссыльнымъ и растра-

1.900 руб., присланныхъ родными и друзьями

политическихъ преступниковъ. ВсВ эти офицеры состо-

яли въ иркутскаго жандармскаго

министерства внутреннихъ дфлъ отъ

16-го января 1884 г. Карская тюрьма для государствен-

ныхъ преступниковъ поставлена подъ непосредствен-

ный надзоръ императорской тайной а въ

началтђ 1885 г. начальникоыъ ея назначень напитанъ

Николинъ.

Всо сказанное ПОЛКОВНИЕОМЪ Кононовичеиъ насчетъ

Карскими рудниками въ разгов# съ това-

рищемъ министра внутреннихъ Д'Вдъ Дурново въ 1881 г.

1879—1886 гг. Мнев лично изввстны случаи: Ишу-

тиновъ, Кривошеинъ, Жуковъ, Попеко, г-жа Лисовская, Тихо-

новь, Рогачевъ, д-ръ Веймаръ, г-жа Армфельтъ и г-жа Кути-

тонская— всеЬ, за одного, умерли отъ чахотки.

Кончили жизнь СеменовскЈй (застр±лился),

Родинъ (отравился) и Успенсыјй (поуВсился), и лишились

разсудка: Матввевичъ, Зубко вскйй, Позенъ и г-жа Ковадьска.я

(послъдняя выздоров%ла). Во время нашего на

Карь изъ 11 женщинъ были больны восемь.

*) Кононовичъ, Потуловъ, Халтуринъ, Byp:ret, Шубинъ,

Менаевъ, Бурлей (вторично) и Николинъ.