15

патые годы Александра пе-

чальные годы, годы разгула темныхъ силъ, когда на Руси

„сырая, осенняя мгла надолго кругомъ залегла“; когда

изв±ты, доносы сыпались отовсюду; когда охранители

всякаго рода били тревогу и во всякомъ шарь, сколь-

ко-нибудь не похожемъ на шагъ другихъ, вищЬли под-

основъ; когда всюду шло корней

и нитей и „крамолы“. Въ Takie дни крас-

ный домъ, съ его легендарнымъ настоящимъ и не ме-

н•Ье легендарнымъ прошлымъ, не могъ не обратить на

себя сугубое Однажды ночью на него сд±-

лала наб±гъ перерыла все, увезла бумаги...

Говорили потомъ, что бумаги вернули, что государь

быль недоволенъ что будто бы даже сказалъ

министру, зав±дывавшему что имъ, масонамъ,

эти бумаги нужн±е, ч±мъ полюби... Однако, въ 1822 г,

красный домъ опечатали, и онъ угрюмо замолчалъ,

чтобы уже никогда не возвращаться кь прежнему.

Это въ таинственномъ дом•Ьочень взволновали

улицу. Но такъ какъ посл± ночного наб±га ноч-

ныя прекратились, то о стали поне.

многу забывать, тЬмъ бол•Ье, что пришли новыя собы-

и своею тревожностью и неожиданностью всколых-

нули обывательское болото и покрыли старое съ его

неразгаданной тайной. Потомъ, правда, это старое еще

не разъ всплывало, но разъ становилось все неуло-

вим±е, все загадочн±е и Слова „ма-

сонь“, „фармазонъ“ не теряли способности пугать рос-

обывателя, и долго въ общества ма-

сонство жило облеченнымъ въ тайну, окруженнымъ

upecJrb110BaHieMb, долго явлйлось ' ч±мъ-то неяснымъ,

отрывочнымъ, неопред±леннымъ. Общество невольно

вспоминало о немъ, такъ какъ при присяг± отъ каж-

даго требовалась торжественная клятва въ непринадлеж-

ности кь масонству. Разъ непринадлежность кь масон-

ству вошла въ формулу присяги, значить въ масонств± и

вправду было что-то преступное,—думало долго боль-.

шинство русскаго общества. Ему не приходило въ го-

лову, что масонство могло им±ть право на

потому что выражало изв±стную духовную потребность