21

в±ка были поэтому развиты преимущественно умомъ

и притомъ его практическою стороною. Въ своей тре-

вожной жизни они закалили въ себеЬ волю, изострили

ловкую изворотливость, но едва ли усгуЬли выработать

нравственныя *). Въ самомъ д•ЬлгЬ, „со смертью

Петра верхи русскаго общества,—по свид±тельству

историка **),—сейчасъ же разщЬлились на два вра-

ждебныхъ лагеря: съ одной стороны стояли люди

„птенцы Петровы“, вызванные царемъ изъ

случая,

мрака и неизв±стности на поверхность государствен-

ной жизни, съ другой — обломки родовитой знати, вс•Ь

зав±ты которой были опрокинуты тЬмъ же Петромъ.

Первые хотЬли сберечь занятую при ПреобразоватејкЬ

хотЬли сохранить близость кь трону; вторые

сп•Ьшили возстановить свой престижъ. Передъ

т-Ьми и другими стояла сложная ожесточенная борьба

за политическое первенство. И первая половина XVIII

в±ка вся полна тревожными полна шу-

момъ этой борьбы. Трудно сказать, „кто въ

этой борьб± наступаетъ, кто обороняется“. Въ вы-

бор± средствъ для борьбы не снсняются—лишь бы

побдить. 064; имеЬютъ союзниковъ: птенцы

Петровы опираются на государственныя и

на которую стараются вс•Ьми силами прикарм-

ливать; старо-боярская находить опору въ сред±

недовольнаго петровскими порядками дворянства, стре-

мящагося превратиться изъ „людей служилыхъ", лю-

пей, закр±пощенныхъ государствомъ, въ привилегиро-

ванный общественный классъ; в±дь Петръ призвалъ въ

той или иной фор“ BC“h силы русскаЁо общества кь

обязательному и пожизненному различ-

ныхъ государственныхъ повинностей; в-Ьдь онъ довелъ

старый принципъ вс±хъ

общественныхъ классовъ государственному тяглу до

наивысшаго То была крайне изнуритель-

ная для общества система, хотя она и покоилась на

Ешевск•т.

Кшесеттеръ. „Реформа Петра Ве.ликаго въ русскаго

обтцества“. (Р. Б. 96 г. 10).