20

друга, но. по большей части судью или безотв&гетвен-

наго начальника. Но въ строю, въ то время, когда ничто

пе возмущаетъ его чистыхъ его голосъ есть

голосъ истины, выражаемый всегда ея неподдјльнымъ

одушевле}йёмљ кь тому лицу, которое заслужило его до-

jpie. Тутъ видно и чувство народное, выражаемое просто,

но явственно слышимое т%ми, которые прислушиваются

кт нему. Такт понималъ я Императора Александра въ

его ежедневныхъ кь любимому имъ войску.

Но обратимся кь его поевздк'Е въ Таганрогъ, и кь

первому о его болђ.зненномъ поом

поувздки въ Крымъ. Кто могъ помышлять при легкихъ

припадкахъ лихорадки крымской, что болгђзнь опасна '.и

поведетъ кь скорому концу? тогда еще не

существовало, и потому мы спокойно ожидали далыйй-

шпхъ которыя однако жъ пе замедлили притти,

съ характеромљ угрожающимъ. Тогда начались молеб-

въ- церквахъ о Государя и, кажется, во

время втораго въ Зимнемъ Дворцђ, пришло

о его смерти, и обратилось въ тор-

жественную панихиду. За твмъ провозглашень быль

Императоромъ Константинъ Павловичь, и на другой день

вся и всВ верховныя власти принесли ему

присягу.

НаканунТ присяги всв наличные члены Обпротва

собрались у Рыд±ева. единогласно рвшили, что ни

противиться BoclI.:ecTBio на престолљ, ни предпринять что

либо р'ђшителъное, въ столь короткое время было невоз-

можно. Сверхт того положено было, вмЕстгЬ съ появле-

HieMb новаго Императора, Общества на время

прекратить. Грустно мы разошлись по своимъ домамъ,

чувствуя, что на долго, а можетъ быть и навсегда, отда-

лилось лучшей мечты нашей жизни! На

другой же день Меть пришла о возможномъ