— 164 —

расхвалили его. Подпоручива взяли изъ полка и посадили

въ прусскую „ камору“ за переписку отчетовъ на нгЬмецкомъ

язы"•, (за это время онъ ничего не переводилъ; вся отчет-

ность велась по нгьмецки). Не даромъ онъ съ дрЬтства уми-

ляль ШЬмцевъ, —онъ быль обласканъ Нумерсомъ, и оказался

на первое время совершенно одинъ среди прусскихъ чинов-

никовъ. Прусское чиновничество Фридриха 11-го было дисцип-

линировано по военному, и присутственныя м'Ьста произво-

дили внушительное по строгой тишинеЬ и порядку,

которые въ нихъ царили; сихЬли за столами, какъ

вкопанные; мрачная строгость лицъ еще усиливалась неесте-

ственнымъ I10J100HieMb побЬденныхъ передъ варварами-по-

6'Ьдителями; въ этомъ слй общества пруссаки пока сто-

ронились отъ русскихъ, и безъ необходимости ни въ k&Bia

не вступались. Чиновники старались не зажать

русскаго офицера, были Ажливы, но крайне неразговорчивы.

Вскорђ послгь Болотова кь гражданскимъ ХЬ-

ламъ прибыль назначенный изъ Петербурга генералъ-губер-

наторъ, . ген.-поручикъ баронъ Николай Андреевичъ Корфъ.

Онъ являлся намгЬстникомъ импе ратрицы въ ШЬмецкой про-

и ИМ'Ьлъ торжественный въ±здъ въ старинный замокъ

прусскихъ курфюрстовъ. Корфъ никогда собственно не отли-

чался ни на административномъ, ни на военномъ поприпф,—

быль вельможей и придворнымъ, и имгьлъ громадныя связи

въ Петербурй. Онъ быль женатъ на Скавронской, племян-

ницгь императрицы и сестреЬ жены канцлера Воронцова; это

то и выдвинуло его на такой важный пбстъ 1). По-русски

онъ говорилъ, но не могъ подписывать даже своего имени.

Представительство, императорскаго престижа

пышностью, и праздниками онъ понималъ, кань свою

главную задачу. Въ суть дфлъ онъ вникалъ мало,

и ничего въ нихъ не смыслилъ. Въ съ подчи-

ненными Корфъ отличался неровностью, умгЬлъ казаться вни-

мательнымъ, любезнымъ, но часто бываль невиносимъ по не-

удержимой вспыльчиввсти и капризному самодурству. —Среди

1) Н. А. Ко)фъ иользовался личныиъ дов•јйемъ Императрицы. Въ

1744 г. ему быль вйренъ надзорь за Брауншвейгской