— 168 —

ничныхъ университетахъ и вернуться профессорами на ро-

дину 1). Онъ быль знакомь, вирочемъ, и съ этими будущими

учеными, часто посгђщавшими канцелфю, и воздаетъ имъ

должное, хотя не много холодно и свысока. Оба студента

переводчика, по Амецкаго языка, долго не могли

приступить въ канцелярскому дтЬлу; и имъ наряду съ прочими

разргЬшили выбирать профессоровъ въ мгђстномъ университетђ

и заниматься любимыми науками.

При такомъ разнообразномъ составгЬ служащихъ и пой-

тителей, Корфа вм'ьсть съ его го-

стинными сдЕалась сборнымъ м%стомъ, гдгђ сталкивался,

сходился и знакомился весь pycckiit людъ, въ

за время нашего господства; въ замкгЬ весело по-

жили въ его губернаторство. Каждый полкъ съ восторгомъ при-

нималъ что его назначаютъ въ Кенигсберть. Мо-

лодые и пожилые офицеры стремились туда, чтобы всласть

насладиться прелестями городской жизни, пожить на хоро-

шихъ квартирахъ, покутить, „предаваться всякимъ роскошамъ

и излишествамъд, по записокъ. И днствительно,

многимъ удалось накутиться во всю ширь русской натуры;

записки не разъ упоминаютъ въ назидательномъ тонув о

печальныхъ „излишествъ" дла жизни и здо-

ровьн. Авторъ Гр. Гр. Орлова справедливо на.зы-

ваетъ Кенигсбергъ Капуей русскихъ войскъ; но тапа ха-

рактеристива все• таки одностороння. Картина перваго жад-

наго порыва въ заграничными

была врайне непривлекательна. Офицеры Архангелогородскаго

полка не успВли водвориться на квартирахъ, вакъ въ первые

же дни изучили каждый увеселительный уголокъ большаго

города, оцтьнили прелести каждаго садика, трактира и вин-

наго погреба. Ихъ скромный однополчанинъ изумлялся, вакъ

самые разумные офицеры, Й, которыхъ онъ „почиталъ кь

таковой развратной жизни неспособными“, на время кавъ-бы

1) „Словарь профессоровъ Моск. Универс“. Посылка за границу иу-

жила высшей наградой вм'Ьсто золотой медали. Тогда въ Кенигсбергь

жили и учились, кромТ, двухъ переводчиковъ, — Афонинъ, Карамышевъ,

Третьяковъ, п Зыбинъ. Кто были два остальныхъ,

мы не внаемъ.