ц±льное дробится на части и каждая

часть является самостоятельною, но при этомъ

замаскирована до того, что какъ будто сама по

себ•Ь представляеть самобытное п•Ьлое. Бываеть и

такь, что мотивы одной перенесены въ другую»

отчего кажется иногда, что изв%стная п±сня ещо

не приняла округленной и законченной формы, а

все ещо складывается, ищетъ подходящихъ обра-

зовъ, вполн•Ь удовлетворительныхъ. Н±которыя

п•Ьсни людская забывчивость ур•Ьзала и обели—

чип до того, что кажутся и б%дными по содер-

и несовершенными по фор“. Но въ Сибири

и которыя или забыты въ PocciH,

или у:или въ составь другихъ п%сенъ, и наоборотьд.

Тюремныя п%сни д%лятся на старинныя и но-

Старинныя почти уже совершенно исчезли,

настойчиво вытьсняясь д*ланными, искуственными.

Перев•Ьсъ борьбы и поб•Ьды — на сторон-Ь посл•Ьд-

нихъ.

„Ч•Ьмъ п•Ьсня старше, древн•Ье, тЬмъ она

и образн±е; ч±мъ ближе кь намъ ея происхо-

т•Ьмъ ея скудн±е и форма не

возможности желать худшей.

тюремныя гуЬсни выходять изъ цикла п±сенъ

разбойничьихъ. Сродство и съ ними

на столько же сильно и не разрывно, насколько и

самая судьба п±сеннаго героя тЬсно связана съ

„каменной тюрьмой — съ наказаньецомъ“.

„Насколько древни удалыхъ доб-

рыхъ молодцевъ повольниковъ, ушкуйниковъ, во-

ровъ-разбойничковъ, настолько же стародавни и

сиадныя объ которыя.

въ свою очередь, отзываются такою же стариною,

какъ и первоначальная c.'laBH0tt Волги, до-