— 212 —
анализу красотъ Данте и Петрарки я научился легко
со вкусомъ рифмовать, то искусству влад•Ьть
стихами (достигъ ли я его вполв•Ь вли только
показалъ его возможности) я обязанъ лишь Bzpruirop
Чезаротти и самому себ'Ь. Однако, раньше, ч•Ьмъ я окон—
чательно не уяснилъ себ% этого желаннаго стиля, мн•Е
ппишлось много путаться, идти очпью, й изб±гая вялаго
и пошлаго, впадать въ тяжелойсность и темноты. Объ
этомъ, впрочемъ, я говориль когда описывалъ
свою манеру писать.
Въ 1780 годъ я ваписалъ въ стихахъ
Стюартъ«, въ прозв „Октав!ю” и „Тимолеона«. Изъ
этихъ двухъ посл•Ьднихъ одно было плодомъ
Плутарха, кь которому я вернулся, же
являлось истиннымъ д%тищемъ Тацита, котораго я съ
читаль и перечитывалъ. Крой того, я въ
TpeTih разъ снова передвлалъ и сократилъ „Филиппа“.
Но эта сохранила болве признаки своего.
темнаго въ неясности чужой формы. Я
продолжалъ и .OkTaBiro«, которую мн•Ь при-
шлось кь конхи года оставить изъ-за мучившаго меня
сердечнаго
ГЛАВА
БЛАГОДАРЯ СЛУЧАЮ, Я ВНОВЬ ВИЖУ НЕАПОЛЬ
И РИМЪ, ВЪ КОТОРОМЪ И ПОСЕЛЯЮСЬ.
Моя Дама, какъ я уже много разъ говорилъ, жила въ
постоянной тревог%. Ея семейныя горести только увели-
чились со временемъ, и постоянныя мужа,
наконецъ, привели кь ужасной сцен•Ь въ ночь св. Андрея,
когда она вынуждена была искать защиты отъ его-
варварства, чтобы оградить свою жизнь и здоровье. И
вотъ инв пришлось вновь (что совершенно не въ моемъ
характер%) вс%ми средствами добиваться вда-.