— 212 —

анализу красотъ Данте и Петрарки я научился легко

со вкусомъ рифмовать, то искусству влад•Ьть

стихами (достигъ ли я его вполв•Ь вли только

показалъ его возможности) я обязанъ лишь Bzpruirop

Чезаротти и самому себ'Ь. Однако, раньше, ч•Ьмъ я окон—

чательно не уяснилъ себ% этого желаннаго стиля, мн•Е

ппишлось много путаться, идти очпью, й изб±гая вялаго

и пошлаго, впадать въ тяжелойсность и темноты. Объ

этомъ, впрочемъ, я говориль когда описывалъ

свою манеру писать.

Въ 1780 годъ я ваписалъ въ стихахъ

Стюартъ«, въ прозв „Октав!ю” и „Тимолеона«. Изъ

этихъ двухъ посл•Ьднихъ одно было плодомъ

Плутарха, кь которому я вернулся, же

являлось истиннымъ д%тищемъ Тацита, котораго я съ

читаль и перечитывалъ. Крой того, я въ

TpeTih разъ снова передвлалъ и сократилъ „Филиппа“.

Но эта сохранила болве признаки своего.

темнаго въ неясности чужой формы. Я

продолжалъ и .OkTaBiro«, которую мн•Ь при-

шлось кь конхи года оставить изъ-за мучившаго меня

сердечнаго

ГЛАВА

БЛАГОДАРЯ СЛУЧАЮ, Я ВНОВЬ ВИЖУ НЕАПОЛЬ

И РИМЪ, ВЪ КОТОРОМЪ И ПОСЕЛЯЮСЬ.

Моя Дама, какъ я уже много разъ говорилъ, жила въ

постоянной тревог%. Ея семейныя горести только увели-

чились со временемъ, и постоянныя мужа,

наконецъ, привели кь ужасной сцен•Ь въ ночь св. Андрея,

когда она вынуждена была искать защиты отъ его-

варварства, чтобы оградить свою жизнь и здоровье. И

вотъ инв пришлось вновь (что совершенно не въ моемъ

характер%) вс%ми средствами добиваться вда-.